Огненная пантира. Дотянуться до солнца

Не сразу вспомнила, что на руках Ада были сковывающие магию браслеты, которые так удачно скрывали рукава рубашки.

– Нам пора, – прошептала я, и он выпустил меня из объятий.

Вытащив цветок из волос, вставила его в один из наших гамаков.

– Через неделю я вернусь, а ты жди меня здесь.

Словно в ответ, лепестки розы зашелестели и цветок, качнувшись, кивнул мне.

– Пойдём. – Адам протянул мне руку, и я сжала его ладонь.

На выходе из сада оглянулась в последний раз. Мы обязательно вернёмся сюда.

На заднем дворе уже была готова таблетка.

Неосознанно я поискала взглядом Ангелину Лебедеву и только секундой позже поняла, что глава Совета не может быть здесь.

– Ваши вещи уже погрузили, – оповестил нас Григорий Жучков.

– Спасибо, – поблагодарила я.

Странно, но мне впервые так сильно не хотелось улетать. Даже с Григорием Жучковым расставаться было тяжело.

– Лисандра, ты в порядке? – спросила Аква, когда мы подходили к таблетке.

Они с Эмилем тоже оделись в соответствии с цветами и символикой своих союзов.

На воздушном пантире были белоснежная кофта на молнии с капюшоном, столь же белоснежные узкие штаны и белые кроссовки. За спиной у него крепился летающий диск.

Сияющая белизна Эмиля ослепляла, но его одежда и близко не поражала меня так, как наряд Аквы.

Голубой короткий топ, короткая синяя юбка из лёгкого материала, поверх которой развевалась на ветру прозрачная блестящая ткань, и открытые голубые туфли на высоком каблуке.

– Скоро поймёшь, что так удобнее.

– Ладно, – улыбнулась я.

Хорошо, что сентябрь в этом году выдался жарким, иначе мы с Аквой сразу бы замёрзли в такой лёгкой одежде.

– Ты в порядке? – переспросила водная пантира.

– Да, – как можно бодрее ответила я.

– Мы с тобой, – улыбнулся Эмиль.

– Спасибо, – искренне поблагодарила я.

В золотом платье я чувствовала себя странно рядом с ребятами. Пантиры – загадочные существа. Нас одели в соответствии с цветами наших союзов, но стили были настолько разные, словно мы собрались посетить отдельные места. Акварина – пляж, Эмиль – спортзал, Ад – вечеринку, а я – бал высшего общества. Такое несочетание образов казалось мне странным и диким, но в приоритете, видимо, была символика союзов.