Ярослава. Знахарка

Эх вы, девки! – И Хвалимир, сокрушенно качая головой, отошел от знахарки. Он нацепил на раскрасневшееся лицо лучшую из своих улыбок, в которой было заметно отсутствие только одного зуба, и подошел к бабе в самом богатом тулупе. Эта купит многое, не пожалев для выставца пригоршни алтынов.

А Яра заспешила дальше – в лавку с воском.

– Здравствуй, Ярушка, – пожилая жена выставца встретила знахарку радостно, – ты сегодня поздно. – Аль случилось чего?

– Не случилось, тетка Стася. Все хорошо. Снега мокрого по колено – где ж этой хилой кобыле вытянуть целую повозку.

– И то правда, – согласилась баба, – сколько сегодня надобно?

– Десять слепков, коль по прежней цене, – Яра по пути отсчитала половину заработка и уже держала гроши наготове.

– Муж поднял цену, – Стася обернулась по сторонам. Неудобно выглянула за дверь, будто опасалась, что хозяин вернется раньше положенного, и наконец решилась. – Так его ж нет пока. Бери по старой. Вы с Крайей много нам помогли: эта зима выдалась на редкость морозной, и если б не твои отвары – глядишь, и держать лавку было бы некому.

Она завернула в тряпку воск, аккуратно уложив его на дно Яриного лукошка, и тепло улыбнулась.

– Не нужно, тетка Стася, – запротестовала знахарка. – Как муж прознает, худо будет.

– Ничего-ничего, – та скоро вытолкала Ярославу из лавки. – Беги скорее, а то все сукно разберут. Сегодня лен пригожий!

И она махнула рукой, отпуская Яру с хорошим заработком. Десять алтынов! Этого должно хватить и на ткань, и на бусы.

И если у Хвалимира народу было много, то тут – тьма.

Бабы толкали друг друга, выкрикивая большую цену за понравившийся товар. Выставец, плотный седой мужик, то и дело вытирал широким платком влажный лоб. Но тот снова покрывался испариной: в лавке и вправду было жарко.

Яра расстегнула тулуп и подошла к прилавку:

– Мне бы льна на платье.

Выставец без обиняков раскрыл Ярин тулуп и бегло оглядел фигурку знахарки:

– Десять алтынов. Почти даром.

– Десять? Но пол-луны тому было восемь, – Ярослава расстроилась. – Она рассчитывала, что хватит еще на бусы – алые, в крупную рябиновую ягоду. А так – только платье.

– За восемь нужно было брать тогда. Нынче – десять, хорошая, – выставец полуобернулся к другой девке: – Тебе чего?

Он явно дал понять: бери за десять или иди.