Цветок бархана

Казавшаяся такой незыблемой земля вдруг уходит из-под ног, а фата с грохотом падает на пол. Боль резко обжигает спину, перед глазами плывет, и последнее, что успевает разглядеть Гюрза – лицо наставника, нависшего над ней тяжелой тенью.

***

Анвар яро злился на себя, занося над очередным стражником увесистый меч. Врагов осталось всего трое, только его силы тоже на пределе. А глава стражи куда-то подевался. И Гюрзы все нет.

Плохо…

Жива ли? Если и так, то явно не торопится к нему на помощь. А ведь он отдал ей одну из своих самых могущественных вещиц, хотя и понимал: джинное стекло слишком ценно, и другого такого не найти во всем Халифате.

Но вот иначе помочь беглянке в тот момент не получалось, потому как задержись они хоть на минуту – погибнут. По всему выходило, что спасти их мог лишь скорпион, и с артефактом нужно было расстаться.

Только где Гюрза?

Дурное предчувствие отдалось болью в висках: если в сообщнице Варра не ошибся, то она в беде. Наивна что неопытный зверек.

И до последнего верна слову, данному когда-то братьям.

Глупая!

Та ее жизнь в прошлом, и Анвару не верилось, что даже халифатская милость могла все вернуть. Некоторые вещи теряются безвозвратно – это он знал непонаслышке. Доверие, например…

Совсем рядом по каменным плитам звучно загремели шустрые ноги ярко-коричневого зверя, покатые бока которого были украшены широкими черными полосами. На расстоянии всего одной зиры – а то и меньше локтя Варры – мелькнуло увесистое седло ездока с торчащими металлическими шипами, и над самой головой торговца нависло тонкое жало с дрожащей на нем янтарной каплей.

Увернуться. Подрезать точной линией шустрые ноги. И нанести удар.

Клинок вошел в грудь стражника легко, мягко даже. И тут же покинул ее, оставив на изящном лезвии широкий багряный развод. Поджарое тело изогнулось от резкой боли и мгновенно обмякло, упав позади Анвара.

Что ж, эта цель далась ему просто, потому как чароведский меч – особенный, не способный промахнуться.

А еще – верный своему господину, зачарованный на его кровь. Слушаться может лишь его приказов, но на хозяина – напротив, не поднимется уже никогда. Если только переплавить.

Торговец обернулся и быстро оглядел площадку внутреннего двора. Кругом него лежали тела пяти скорпионов и шести стражей. Одно членистоногое, наездника которого Варра только что убил, хромая, отходило в сторону. Значит, врагов всего двое, а от девчонки по-прежнему – ни звука.