Запретная любовь

И даже пообещал подарить ей на восьмое марта подобный будильник. Поэтому на сей раз надо было придумать что-то другое, более весомое, нежели – просто проспала.

Как назло и трамвай, на котором она ехала, сломался, и всех пассажиров высадили прямо на дороге. Ангелина с трудом втиснулась в подошедшую, битком набитую маршрутку, ругая мысленно незадавшееся утро и себя за слабость, проявленную вчера перед уговорами Насти. Одно утешало – оправдание за опоздание придумалось само собой. Сломанный трамвай, вполне весомое доказательство опоздания.

Как только она добралась до института и открыла дверь в лабораторию, тут же зазвонил местный телефон. «Ну вот, уже доложились», – мелькнуло у неё в голове.

Она быстро подошла к столу и сняла трубку, приготовившись, если это начальник, рассказать ему историю про сломанный трамвай.

Это действительно был начальник, Андрей Васильевич. Он, как обычно, вежливо поздоровался, назвав её неожиданно по имени и отчеству, Ангелина Сергеевна, и пригласил зайти к себе в кабинет.

Она торопливо сняла пальто и уже на ходу накинула халат, на бегу засовывая руки в рукава и застёгивая пуговицы. Быстро поднявшись по лестнице, она вошла в кабинет начальника.

Он поздоровался, чуть приподнявшись с места, указал на стул и довольно сурово спросил:

– Что, Савельева? Не засиделась в лаборатории?

Сердце Ангелины ёкнуло. «Ну, всё. Допрыгалась. Сейчас предложит уволиться». Она нерешительно ответила:

– Нет, не засиделась.

Услышав такой ответ, Андрей Васильевич улыбнулся и сказал:

– Это хорошо.

Ангелина удивлённо посмотрела на него.

– В командировку?

– Да. В командировку… – задумчиво повторил он, ища что-то при этом на столе. Он переложил с места на место какие-то бумаги и, наконец, нашёл, что искал.

До неё наконец-то дошло, что увольнять её никто не собирается и об её опоздании начальнику ничего не известно. Она облегчённо вздохнула и, не в силах скрыть радостной улыбки, поинтересовалась:

– Куда командировка?

Видя радость Ангелины, начальник тоже улыбнулся.

– В одно очень замечательное место! – воскликнул он, потирая руки, и добавил: – На Валаам.