Приключения Фильта. Книга 2. Загадки Севера

Но за кулисами он был совсем другим человеком, со своими проблемами, слабостями, горестями. Будучи блестящим лицедеем, он становился беспомощным и легко читаемым вне театральных подмостков.

– А причем тут я?

– Ты сердился на меня из-за Черных Титанов. Был восхищен красотой фонтана. Был удивлен возникшей объемной картой Гефетрона. В твоих глазах читался явный интерес к предстоящему морскому путешествию, как и нежелание писать доклад. И, конечно же, нетерпение увидеть Твейлис, ради чего ты пошел не в гостиницу, а в город.

– И что тут такого? – буркнул Фильт.

– Но я увидел не только это. Ты был воодушевлен, в прекрасном настроении, ты был полон жизни, и я, скажу тебе честно, очень рад, что тебе так нравится в Хэфдоуне, и я это понял еще до твоей первой встречи с Твейлис. Теперь же это куда-то ушло. Не думаю, что причина в слежке или внезапной встрече с девушкой.

Разведчик вздохнул. Будь ты неладен, учитель, со своим всепроникающим взором. И юноша нехотя поделился с магом своими наблюдениями за местными жителями.

– Что ж, тогда понятно, – вздохнул тот. – Но удивлен, что ты это заметил так быстро. Хотя ты же разведчик как-никак.

– И вы можете это объяснить? – спросил Фильт. – Лично у меня вариантов нет.

– Жители Хэфдоуна, Фильт, воспитываются совершенно не так, как в Сколладии или других странах. Я долго спорил на эту тему с Мудрейшими, но они были непреклонны. Так что ты в некоторой степени угадал, что показывать свои слабости или отрицательные эмоции здесь не принято.

– Но что здесь плохого? Это же естественные вещи. Если, к примеру, умирает близкий мне человек, я не смогу ходить с довольной улыбкой и делать вид, что ничего не произошло. По-моему, это обман и себя, и других. Разве нет?

– Со своей точки зрения – да и с моей тоже – ты прав. Но я тебе говорил, и ты уже начал это понимать, что здесь иные правила и нормы поведения, которые мы, будучи в гостях, осуждать не можем. Не мы устанавливали этот уклад, и не нам его менять, даже если мы считаем его неверным.

– Мне сложно будет это принять, – глухо ответил юноша. – Как я смогу кому-то верить, кому-то доверять, если буду знать, что от меня что-то скрывают. Или как я смогу помочь, если что? И у меня не получится подавлять свои, как вы выразились, отрицательные эмоции, да и не умею я этого.