Прощание с Аэлитой. Роман

Парфён родом из Малой Вишеры, что на новгородчине, а Семен из небольшой уральской заимки в нескольких десятках километров от города Красновишерска, на берегу, удивительное дело, горной, норовистой реки Вишеры.

Семен вспомнил штурм Президентского дворца в Грозном. Январь девяносто пятого. Во время уличной схватки чеченский боевик обошел Семена с тыла, уралец едва успел выхватить кинжал из-за голенища, но чеченец сильным ударом ноги в челюсть на миг вырубил его сознание, перехватил железной хваткой запястье и вывернул.

В глазах молодого солдата потемнело: он взвыл и уронил клинок:

– Смерть! – Пронеслось в мозгу. Тиски злобных рук врага на горле, – Прощай, мама!

От удушья глаза лезли из орбит. Потеряв сознание, Семен рухнул на мостовую. Последнее, что видел – зубы вампира в дьявольской усмешке.

– Вампир? Ничего удивительного.

Пришел в себя оттого, что на лицо текла вода.

– Дождик, – прохрипел удивленно, чувствуя резь в горле, – я болен? Ах, да, укус вампира.

– Я расправился с тем, кого ты называешь вампиром, дружище!

Семен открыл глаза и радостно улыбнулся:

– Парфен? Живой!

– Очень живой.

А вот ты, чуть не сыграл в ящик. Насилу отбил, думал, хоть труп заберу, чтобы было кого хоронить. Ан нет! Приложил ухо к губам – тепло! Жить до ста!

– Э, нет, до ста сорока. Горло саднит. Чуть не удушил, вурдалак чеченский.

– Ерунда, пройдет. Главное – живой!

– Где мы? – Семен огляделся, – пещера?

– Подвал. Еле затащил тебя. – Парфен прислушался, – отступают.

– Боевики?

– А то, кто же? Наши бьются за нефтяной институт. Глотни, – товарищ протянул флягу, – водка.

Семен сделал глоток и поморщился:

– Болит. Шея и челюсть, – он несколько раз открыл-закрыл рот, – сволочь! Удрал?

– Хм! Мертвые не бегают. Туда ему и дорога, – Парфен сплюнул, побледнев. – Идти можешь?

– Могу. Где мой автомат?

– Смотри! – Друг повернулся боком: на плече висели два автомата. Один снял, – Держи, Сеня! Драться в состоянии?

– Да. Идем.

Друзья вышли из подвала, и, прижимаясь к стенам домов, осторожными перебежками отправились догонять ушедших товарищей.

Уличные бои в Грозном продолжались, то и дело вспарывали тяжелый воздух автоматные очереди. Наконец, догнали своих, и ворвались в здание института.

Семен открыл глаза от легкого прикосновения к щеке. Летучие мыши!

Темнело. Пелена тумана висела над озером, ползла по болотистым берегам. От костра остались тлеющие угли. Поежился: холод проник под куртку.