Иные

Он крепко сжал его плечо, заглядывая в глаза:

– За пятнадцать лет многое изменилось.

Мила отворила дверь и застыла, прижав одну руку к груди, второй приглушая всхлип, и во все глаза вылупилась на Зака. Твою-то мать! Она такая же красивая, как на первой встрече, когда два безбашенных дерзких паренька познакомились с двумя скромными подружками под каким-то нелепым предлогом. Тогда еще никто и предположить не мог, что это случайное рандеву крепко-накрепко переплетет их судьбы. Много позже Захар вникнул, насколько похожи Глеб и Мила и внешностью – у обоих мягкий взгляд карих глаз и темные волосы, – и, главное, внутренним миром.

Они действительно как две половины одного целого, которым повезло найти друг друга.

– Женщина! Что за манеры – держать гостя на пороге?! – шутливо пропесочил Глеб свою жену.

Дети с визгом принеслись в прихожую и теперь с любопытством разглядывали «дядю».

– Захар! – всхлипнула Мила и упала ему на шею.

Тот выронил сумку и обнял ее своими ручищами, всей грудью вдыхая запах дома, какой-то стряпни и тонкий-тонкий аромат парфюма.

Он слышал, что она плачет, чувствовал, как дрожит ее тело, и сам еле сдерживался.

– Ну, давайте, голубки, заходим. Успеете еще наобниматься, – подтолкнул их в квартиру Глеб.

Мила навещала Захара в самом начале, а потом один ребенок, за ним – второй, и так-то особо не вырваться, на зону тем более.

Разместились в кухне – самой уютной части большинства квартир. Пока Мила, успокоившись, варила домашние пельмешки, Егор и Виталя освоились и оккупировали Зака со всех сторон, хвастаясь безделушками и пытаясь вовлечь в какие-то игры.

Пострелята наперебой рассказывали удивительные истории своих жизней, а ему только и оставалось, что слушать и поддакивать. И привыкать к этой неизведанной до сих пор грани жизни.

Сказать, что он готов был душу продать за такую простую, но безмерно вкусную домашнюю еду – это не сказать ничего! Он съел три порции. Съел бы и больше, да не влезло. За столом велись беседы обо всем, что произошло за время его отсутствия.

Когда Мила укладывала детей спать, они вышли на лестничный пролет покурить.

– Чем думаешь заняться? – спросил Глеб и, поймав растерянный взгляд друга, уточнил: – Я не про сейчас, а вообще.

Как будто этим уточнением он облегчил вопрос! Беркутов пожал плечами.

– Понятия не имею. – Сделал затяжку. – Для начала хату надо подыскать. В клоповнике, что выделили, разве что помирать, но я пока не собираюсь, – подмигнул, а в глазах испуг.