Серебряный капкан для черного ангела

В кафе бываю посменно: по двенадцать часов, то с утра, то в ночь. Круглосуточно у нас, на трассе работаем, дальнобойщики порой и среди ночи заезжают.

– Тамара, а раньше Ксения с кем-нибудь встречалась в вашем кафе?

– Да, случалось пару раз… но только тот мужчина солидный был, такой ухоженный, как с картинки. Лицо, на мой вкус, слишком смазливое. Но не муж он вашей Ксюше, точно! Любовник. Глаз у меня наметанный – она уж как на него смотрела! Не отрываясь. Он-то спокойней к ней, но тоже – то по ручке погладит, то волосы со лба уберет.

– У вас камера наблюдения над входом есть? – неожиданно задал вопрос Глеб. Чем-то его задел рассказ официантки. Словно щелкнуло что-то в душе, словно связал он этих двоих незнакомых мужчин. Таких разных, но знавших Ксюшу. То, что у нее есть любовник, Глеб услышал от ее мужа Павла Дорохова. А вчера Глеб случайно узнал, что Ксения месяц назад подала на развод.

– Есть, как не быть, висит, – ухмыльнулась Тамара.

– Зачем испортил?! – вмешался участковый.

– Мне не доложили… – вновь ухмыльнулась Тамара. – Пойду я, там уборщица за меня за стойкой. Бестолочь редкая…

– Спасибо, Тамара Федоровна, – еще раз искренне поблагодарил Глеб.

– Федоровна я вон для него, салаги, – она кивнула на молодого участкового, – а с вами мы почти ровесники, Глеб Валентинович. Я даже помоложе буду на три года.

– Извините, не помню. – Глеб виновато развел руками, при этом не чувствуя ни капли раскаяния.

* * *

– Аглая Андреевна, не по мужу ваша дочь убивается, так? Говорите! – Майор взял ее за руку и буквально оттащил подальше от Берты.

– Только сейчас узнали, что погибла ее школьная подруга Ксения Голод. Это случилось меньше часа назад. Не справилась с управлением.

– Глеб Голод ей кем приходится?

– Отцом. Вы и с ним знакомы? – глядя на Мутерпереля с удивлением, задала вопрос Аглая.

– Учились в одном классе. Что вы так удивляетесь? Поселок наш маленький. Это сейчас его к городу присоединили, вон как много понастроено домов, даже две девятиэтажки на выезде. А в моем детстве было три улицы, три десятка хат. И до города – одиннадцать километров. В школу ездили на автобусе, из нашего класса трое пацанов – я, небезызвестный вам Дима Марков и Глеб Голод. У Глеба, кстати, сводный брат по отцу в Самаре живет.