Месяц без богов

Да и ему легче меня побить, – Игли смотрел ему в глаза, прямо и не моргая.

В этот момент к нему подбежала разгорячённая Бьярка. Нежно прижав его к себе, она гневно метнула взгляд на сына:

– Что же ты его бил? Совсем себя не держишь! Он же у нас несчастный, обидеть его легко.

Тёмные волосы Игли скользили под её пальцами, большие водянисто-зелёные глаза просили защиты. «Не бойся, все хорошо», – стала приговаривать Бьярка, будто он был всё ещё маленьким мальчиком, чуть не утонувшим в море.

Ульв плюнул в сторону, смотря на это, и, махнув рукой отцу, отправился к лодкам – рыба ждать не будет.

Больше Игли от Ульва не услышал ни одного слова. Для того этот незваный ребенок стал как муха: он есть, везде ходит и сует свой нос, но прогнать нельзя.

В дом Бьярки и Бьёрна словно заглянула Хель. Солнечные дни не несли радости, вкусная жареная рыба не вызывала довольной хозяйской улыбки, новая лодка радовала не больше старого корыта.

Бьёрн стал размышлять, не выставить ли Игли за порог.

В конце концов, это он ему обязан всем. Ещё этот приёмыш стал дразнить их Большеглазку. Обычно ласковая и весёлая собака теперь при виде Игли забивалась под перевёрнутую лодку и оттуда следила, когда же он уйдёт. Жена же всё больше и больше нянчилась с ним, озлобляясь на него и сына. Так думал он, бредя по деревенской дороге.

– А ну, стой!

Громкий крик – и мыслей как ни бывало. Перед ним стоял взъерошенный Седой Гейр, с красным лицом и сжатыми кулаками.

– Что случилось? – оторопел Бьёрн.

– Игли порезал моего пса!

Пару лет назад старик Седой Гейр, устав от одинокой жизни, завёл себе молодого крепкого кобелька. Он гонял на огороде ворон и радовал хозяина заливистым лаем. Теперь же, выскочив из-за зарослей можжевельника и молодого орешника у дороги, пёс жался к ногам хозяина, оставляя на вытоптанной земле кровавую дорожку. Его передняя лапа была рассечена от плеча до ступни. В этот момент на дороге показалось двое молодых парней, что под руки тащили извивающегося Игли.

– Пёс на меня набросился! – закричал он ещё издалека, – посмотрите на руку!

С его костлявого запястья капала кровь и виднелся след от пары клыков.

Седой Гейр хотел побить Игли, сила была ещё при нём. Но Бьёрн остановил его, сказал, что дома решит, что с ним делать. И слово сдержал.

Вечером того же дня Бьёрн собрал всю семью у очага и весьма просто сказал, что Игли больше здесь не место. И утром он должен уйти.