Месть Рамонского замка

Поэтому погоняло «Кутик» срочно поменяли на поэтическое «Ив», от первых букв его полного имени. Ив в свои 32 года уже дослужился до помощника очень серьезного депутата по прозвищу «дядюшка Сэм». А остальные – девчонки. А девчонки, они и есть девчонки. Две Насти. Первая – Настёнок – полная дура, которую обожает ее престарелый муж. Вторая – Настюша – хозяйка этой дачи. Тоже дура, но только по жизни, а так – отличница. А, как известно, бывших отличниц (как и бывших ментов) не бывает. Гизелла – тупая красавица, похожая на пустую антикварную вазу.

Ее у нас прозвали Шехерезадой. Как пить дать, и в этот раз за все время она не скажет ни слова. И, наконец, Ленка Паневина. Так она нормальная, только требует называть ее «Аленой», в крайнем случае, «Аленкой», потому что «Лена» у нее связывается со словом «лень».

– Господа, господа! – Ден облизанной вилочкой постучал по полому бокалу. – Между первой и второй… Ив, депутатская морда, а ну покажи, как надо бутылки открывать!

Ив проворно, с присущим ему талантом услужливости, уложился за полминуты вскрыть сразу три бутылки шампанского.

– Ну, ты красава! Если ты и там так работаешь, наша будущая Дума…

– Я скажу, я! – заверещал Настенок. – А-й, Ив, ты чё, оборзел? Депутатов своих поливать будешь! Блузку замочил, чуть в груди не попал! Реально больной.

– Так ты будешь говорить, или опять я?

– Да говори, че голосишь? Так, я за Деном забила!

– Тогда – тост. За то, чтобы наш романтический вечер не перешел в романтическое утро! – второй тост Дена сопроводился вторым коллективным возгласом одобрения.

– А теперь я, Настёнок, скажу. Вот я смотрю, как здесь клево все так вооще и вспоминаю, как какой-то чувак из писателей где-то застолбил: « Ничто не предвещало беды…»

– Э-э, Цицерон в облитой юбке, ты сама-то поняла, что сказала?

– Цици- что? И че я такое сказала воще?

– У Настюхи потом спросишь. Давай сюда алаверды! Вот: «И чтобы ее не случилось!»

– Кого не случилось. Цици?

– Тьфу!

– Какие же здесь все-таки закаты! – вздохнула Аленка.

А я, как уехала, совсем забыла, как у нас хорошо. Насть, а ведь где-то поблизости есть какой-то странный замок.

– «Как упоительны в России вечера», – рассеянно процитировала Настя, глядя в сторону. – Хоть в чем-то повезло: две трети не пришло, а то я бы сломалась, как сухая ветка. Мне эти-то надоели, особенно Ден.

Они сидели в конце сада, а во дворике под навесом, где огромный стол, стоял визг и взлетали в воздух фейерверки.