Застрявшие. Искупление

Подняв на него взгляд, девушка шире улыбнулась, иногда рыжая ловила себя на мысли, что всё это сон и когда она проснётся будет где-то в Амстердаме пить кофе. Но, день за днём всё становилось лишь лучше, это не могло не радовать, однако, все мы знаем, что всё не может быть хорошо вечно, пятнадцать лет спокойствия не малый срок для зла, которое может появится на свет и вырасти во что-то ужасное.

– До начала всего лишь три часа, – проговорила она, поворачиваясь спиной к Нефу, чтобы он помог снять платье.

На секунду в его голове промелькнуло лицо Маркуса, которое он не видел столько лет, ему хотелось его увидеть…да, он совершил ошибку, но их совершают все и Александриец был тем самым другом, который это понимал и был готов простить…всегда.

– Будут минут через десять, – ответил он.

Диане же это давалось чуть сложнее, да, внешне она проявляла участие, говорила, что все мы совершаем ошибки, также как это делал Неф, но внутри себя она понимала, кто предал однажды предаст и во второй раз, лимит доверия к её ученику был исчерпан.

Забавная параллель, не так ли? Двое Дхармов с огромным моральным багажом внутренних проблем, которые им ещё долго предстоит расхлёбывать и двое Дхармов, которые являются их мотивацией идти дальше. Это как в магните, разные полюса притягиваются, а одинаковые отталкиваются, таким образом Нефа и Еву всегда будет тянуть к таким как Маркус и Диана, из-за того, что они разные…

Из раздумий обоих вывел звонок мобильного телефона, это была Ева, Диана кивнула Нефу и ответила.

– Через час жду его у себя в кабинете, – быстро сказала она, даже не слушая слова Уварвой.

Ева замешкалась, но после ответила.

– Конечно, мы поднимемся, – проговорила зеленоглазая.

– Не «мы», а он, это личный разговор, – сказала рыжая.

Уваровой не хотелось оставлять их обоих наедине, она уже была хотела настоять на своём, как Маркус коснулся её руки, она перевела на него взгляд, он медленно кивнул, давая понять, что так будет лучше.

***

И вот, спустя час, Диана сидела за своим столом в зале, на стенах которого красовалась огромная плита с именами смертников, Маркус сидел напротив неё, осматривая, как изменилось это место за пятнадцать лет.