Застрявшие. Искупление

– Произнеси же это вслух, скажи какое ты чудовище, безнравственное, крысиное, эгоистичное и лицемерное чудовище, – с отвращением говорил тот. – Мне жаль Еву, которая полюбила тебя, эти чувства принесут ей лишь мучения и страдания, если уже не принесли.

На этих словах блондин вскочил и схватив за шею Майкла прижал его к стене, сжимая ладонь на его шее.

– Давай, убей, уничтожь меня! Ты делаешь это со всем к чему прикасаешься! – говорила галлюцинация.

Он уже был готов совершить это, вырвать сердце, уничтожить душу, разорвать на куски тело, но в какой-то момент он услышал её голос….

– Маркус, – женский…такой тихий, сдавленный.

Он в момент отпрянул от Майкла, тот улыбался самой ужасной улыбкой, которую возможно представить и смотрел на Маркуса, тот протирал глаза, бил себе по голове, в попытке прийти в себя и ощутить реальность.

– Всё хорошо…

Лицо Майкла сменилось на лицо Уваровой, она стоял около той самой стены.

– Нет, – он отрицательно покачал головой.

Несколько шагов назад, споткнулся, упал на землю и отодвинулся дальше от неё, он боялся подходить, он боялся прикоснуться, чтобы не сломать и не разрушить то, что было ему дорого больше всего на данный момент.

– Маркус, – проговорила девушка и подлетела ближе.

Она взял его лицо в свои ладони, убирая волосы и поглаживая по макушке, по щекам потекли слёзы, ей было больно от того, что она не может ничего с этим сделать, что она не может взмахом руки привести его в чувства и успокоить, хоть как-то помочь.

– Всё закончилось, – она искренне надеялась на то, что эти слова смогут его вразумить, дать вкус реальности.

В голове будто бы что-то щёлкнуло, всё закончилось, прошло пятнадцать лет его заточения в этой камере, его моральных истерик и борьбы с самим собой в одиночку. Стоило радоваться этом, однако он осознавал, всё, что произошло здесь – выйдет за стены вместе с ним и что он может сотворить в таком состоянии будучи в реальном мире…страшно себе даже вообразить и представить….

– Пошли отсюда, – она подала ему руку.