Полцарства за кота

Летом темнеет поздно, но сам район, в котором находится гараж, место неспокойное, рабочий поселок, парни там бродят горячие, много хулиганья, а у Вадима внешность карикатурно интеллигентская. Такого обидеть – проще пареной репы.

Алина подъехала к моему дому без опоздания.

– Поехали, – не выходя из машины, распахнула она передо мной дверь «Опеля».

– Алина, а в ты в полицию звонила? – спросила я, усаживаясь на переднее пассажирское сиденье.

– Звонила, да толку? Посоветовали, если муж через три дня не объявится, принести заявление.

А вообще – так мне сказал дежурный – мужчины имеют обыкновение пропадать не только в марте. Юморист. Так унизить, так унизить. Ненавижу и Вадима, и этого мента-дежурного.

«Ах, вот кто внушил ей мысль о супружеской измене Вадима, – догадалась я. – Все-таки людям в погонах надо быть более деликатными. Скорей всего, он хотел успокоить Алину, мол, нагуляется муженек и вернется. А получилось как? Совсем нехорошо. Алине с ее болезненным самолюбием лучше стать вдовой, чем обманутой женой.

Не приведи, господи».

Всю оставшуюся дорогу мы ехали молча. Я побаивалась высказывать вслух свои опасения, поскольку мысль, облаченная в слово, может материализоваться. Пусть уж лучше Вадим загулял, чем где-то валяется с проломленным черепом.

Алина, не отрываясь, смотрела на дорогу. Временами она тяжело вздыхала и смахивала со щеки предательскую слезу. Подъезжая к воротам кооператива, она все же не сдержалась и выдала:

– Если застану их вдвоем, убью на месте. Раздавлю. Перееду один раз, а потом еще назад сдам.

– Алина, ты опережаешь события.

– Да ладно. Где ж ему быть, как не здесь. Седина в бороду, бес в ребро. Мальчик наверстывает упущенное. – Она вдавила ладонь в клаксон и убрала ее лишь тогда, когда в воротах появился перепуганный сторож.

– Это и есть Семен Иванович? – спросила я.

– Да, в кооперативе есть только один сторож. Семен Иванович зимой и летом живет в сторожке. Практически никуда не выходит. Продукты ему привозят владельцы машин. Я считаю, что старик неплохо устроился.

Если бы он еще свои служебные обязанности выполнял как следует, цены бы ему не было. Старый он больно, на многое смотрит сквозь пальцы. – Пока сторож медленно распахивал ворота, Алина выложила мне о нем всю подноготную.

Алина хотела проехать мимо Семена Ивановича, но тот перегородил «Опелю» дорогу.

– Алина Николаевна, как хорошо, что вы приехали, – запричитал он. – Я хотел позвонить, но не знал куда.

От его слов мне стало дурно.