Последняя гастроль «артисток»

– Такси! Срочно! Немедленно!

Через двадцать минут Алина в полной боевой готовности влетела в приемную генерального директора регионального телевидения. Вид у нее был устрашающий. Из-под нависших бровей сверкали сатанинским блеском глаза. Кулаки она прижимала к груди, как будто с порога собиралась отвесить директору мощный, сбивающий с ног апперкот.

На защиту директора бросилась преданная секретарша и грудью загородила вход в кабинет.

– Женщина, вы куда?

– В сторону, – зашипела Алина и словно пушинку смела секретаршу со своего пути.

Откуда у нее только силы взялись? Секретарша служила у директора телекомпании верой и правдой двадцать пять лет и каждый год прибавляла к когда-то стройной фигурке по два килограмма. За два года до пенсии она весила сто три килограмма.

– Феликс Сергеевич, к вам посетительница, – успела она выполнить свой секретарский долг. – Бешеная, – тихо добавила она.

Ну да он и сам увидел нечто, влетевшее к нему в кабинет.

– Алина Николаевна? – Феликс Сергеевич Пушков с трудом узнал во взлохмаченной тетке всегда ухоженную и элегантную Алину Блинову.

– Что? И это вы меня спрашиваете? Не знала, Феликс Сергеевич, что вы собрали вокруг себя воров, бандитов и проходимцев! Ничем не брезгуете: ни поношенными шубами, ни бэушной аппаратурой! Про автомобиль я вообще молчу. Но знаете, вы мне все вернете и за все ответите.

– Какие шубы? Какие автомобили?

– Те, что ваши опричники отбирают у честных граждан, – Алина ударила себя кулаком в грудь.

– Феликс Сергеевич, охрану вызвать? – подала голос из приемной секретарша. На всякий случай она спряталась за дубовой дверью, отделявшей кабинет директора от остального мира.

– Вместе с секретаршами, уборщицами и полотерами! – оглянувшись на дверь, выкрикнула Алина.

– Не надо охранников, Зина! – тоже крикнул Феликс Сергеевич, то ли от испуга, то ли от неожиданности позабыв о переговорном устройстве, которое стояло перед ним на столе.

– Феликс Сергеевич, может, просто водички? – переспросила Зина, опасаясь, как бы посетительница не плеснула в шефа кипятком.

– Алина Николаевна, что вы предпочитаете? Чай? Кофе? – душевным голосом психиатра предложил Феликс Сергеевич.

– Я предпочитаю, чтобы вы по-доброму вернули мне мои вещи, иначе будет по-плохому, – в тон директору телекомпании ответила Алина.