Капкан для наследницы

Не подкачаем, – отрапортовал Веня, чрезвычайно гордый тем, что выбрали именно его обслужить столь почетную клиентку.

Я уселась в кресло и расслабилась. Тридцать минут моя голова подвергалась мытью и массажу. Следующие полчаса мои волосы напитывались энергией от чудодейственного бальзама.

– Мариночка, а можно меня записать в группу? Уж больно в Африку хочется, – заговорщицки зашептал мне в ухо Веня и для убедительности закатил глазки.

– Можно, но только во вторую группу, первая уже набрана, – сдерживая смех, ответила я.

Со вздохом облегчения Веня приступил к стрижке. Как заправский фокусник, он делал пасы руками вокруг моей головы. Ножницы, словно бабочки, порхали над копной волос, казалось, что он их даже не касается, только мелкие кончики снежинками осыпались на пол.

Когда моя стрижка подходила к концу, кто-то из парикмахерш включил радио. В салоне заиграла увертюра к опере «Севильский цирюльник». Веня представил себя дирижером и начал щелкать ножницами в такт музыке. По мере нарастания темпа ножницы щелкали чаще и отстригали все больше и больше волос.

Я сидела словно завороженная, боясь шелохнуться. И если бы увертюра длилась не семь минут, а дольше, я рисковала быть остриженной под мальчика.

Под звуки финальных аккордов Алина завопила:

– Веня, хватит! Лысых в Заир не пускают.

Услышав кодовое слово «Заир», Веня вздохнул, отложил ножницы в сторону и взял в руки фен. Шопен сменил Россини. Страшно уже не было. Ласковые потоки теплого воздуха напомнили мне, что лето еще не закончилось и нужно использовать с толком оставшиеся деньки.

Зачем мне многокилометровые пляжи Сахары? Это же надо такое придумать! Мне бы на три дня в Крым смотаться! Настроение от этой мысли у меня значительно улучшилось, и я уже не сомневалась, ехать мне или нет. Ехать!

От Вениной работы я осталась в восторге. Стрижка мне очень шла. Мои волосы пшеничного цвета были прекрасно уложены и блестели здоровым блеском. Алина тарахтела без остановки, как будто это она ваяла мою красоту, а не мать-природа в компании с парикмахером.

– Алина, а что ты наплела Вене о реке Чупа-чупа? – перебила я нескончаемые комплименты в свой адрес, когда мы вышли из парикмахерской.

– Ты бы еще чупа-чупс сказала! Ой, ну и дремучая ты, Маринка! Чуапа – это приток реки Конго. Я сегодня передачу по каналу «Дискавери» смотрела. Непролазные джунгли, тьма крокодилов и питонов, не говоря уже о малярийных комарах размером с воробья, – тоном профессора географии изрекла Алина.