Застрявшие. Между жизнью и смертью

– Добрый, – улыбнулась столь доверчивая она

– И что же такая красавица делает в такой поздний час на улицах? – его лицо озарила улыбка…широкая, во все зубы…и с явными нотками сумасшествия.

– Гуляет, – она проглотила ком, подступившись к горлу.

– Возможно, я могу составить компанию, – он подошёл ближе.

– Нет, спасибо, – с этими словами она обошла его и как можно быстрее направилась в сторону дома.

Но её тело тут же рухнуло на землю, а мужчина, откинув неизвестный инструмент тут же схватил девушку под локти и ещё раз огляделся, дабы никто этого не видел и ушёл.

Она очнулась в неизвестной ей ранее подвале, она лежала на каком-то деревянном столе, руки её были привязаны к нему по обе стороны от её головы, ноги были связаны на уровне плеч. Она нервно огляделась, осматривая помещение и закричала.

– На помощь!

Из-за угла показалась тёмная фигура того самого мужчины.

– Не кричи, тебя всё равно никто не услышит, – он подошёл к ней ближе.

Он начал трогать её длинные волосы, переходил к шее, гладил руки.

– Что Вам нужно? – спросила она.

– Я просто люблю общаться с девушками, слушать их….крики, – на его лице появилась та же улыбка. – Думаю, начнём с живота.

***

– Он истязал меня, – шептала она. – Он распорол мне живот, и начал вытаскивать оттуда не жизневажные органы, чтобы я помучалась. Я кричала, молила о пощаде, но он только смеялся и делал хуже.

Она сделала паузу, смотря в одну единственную точку на дереве, безразличным…пустым взглядом.

– А потом меня нашёл Асим, когда я уже лишилась жизни, он пришёл туда и убил его, забрал меня и потом я очнулась уже Дхармом.

Ева замолкла, смотря на брюнетку. Теперь многое в её голове вставало на место, у неё была жизнь, которую она не хотела, потом её истязали, мучали, превратили последние мгновения её жизни в сущий ад. А потом…она получила этот самый лучик надежды, который был ей необходим…наверное, поэтому она была благодарна за это и была готова платить за этот предоставленный шанс.

Иногда мы сами уничтожаем себя, превращая новое в хорошо забытое старое.