Пятизвёздочный жених

– Между прочим, Мария, тебе как будущей матери следует знать, что суши не полезны для здоровья, – заявил Макс. – Это только в Японии их делают из свежей рыбы, а у нас – из размороженной. А в соевом соусе вообще содержится такое вещество, типа наркотика…

Я вежливо кивала, яростно разрывая бумажную упаковку с палочками. После института Максу предлагали поступить в аспирантуру, а он отказался. И зря. Из него получился бы отличный препод! Вредный и занудный. Когда Макс читает мне очередную нотацию, он больше всего напоминает престарелого дядюшку, поучающего неразумную племянницу.

Наконец, мне удалось вклиниться в возникшую паузу:

– Все это ужасно. Больше никогда не пойдем в суши-бар, но сейчас, раз уж мы все равно здесь… Может, спокойно поедим?

Я обмакнула ролл в соевый соус.

– А ведь я еще не рассказал тебе одну страшилку про личинки в роллах…

Кусок встал поперек горла, и я закашлялась.

– А… как там твоя работа? Петров с Некрасовым?

– Нормально. Что с ними будет? Кстати! Петров однажды нашел в сушах волос!

– Макс, давай сменим тему! – рявкнула я.

– Ну, ладно, – удивленно пожал плечами он. – Итак, теперь ты занимаешься этой порнографией не только днем, но и ночью?

Я вдруг постигла весь глубинный смысл идиомы «глаза вылезли из орбит». А потом вспомнила, что «порнографией» Макс обычно называет мою работу. Преданный раб корпорации, он считает любого человека творческой профессии так или иначе связанным с порнографией.

– Но ведь ты тоже иногда торчишь на работе ночами, – возразила я.

– Да! Но в моем случае речь идет о контрактах на серьезные сделки, а в твоем – о всякой ерунде! Новой помаде или интервью с безголосой звездулькой.

Я рассеянно ковыряла палочкой ролл. Есть расхотелось.

– Маш, ты что, обиделась? Брось, на правду не обижаются. Слушай, у меня идея! Устроим сегодня романтик? Свечи, шампанское, камерный кинопросмотр, а завтра утром я испеку мои фирменные блинчики?

М-м-м, обожаю блинчики Макса! Хотя блинчики – это не то слово, скорее уж огромные бесформенные медузы, но вкусные до умопомрачения! Ради них можно даже простить этому брюзге его пренебрежительные высказывания.

– Ну, что скажешь? Соглашайся! – Макс погладил мои пальцы.

– Нет! – вскрикнула я, отдергивая руку. – У меня еще куча дел сегодня. Ну, там… сварить борщ, прокипятить белье…

– Ты кипятишь белье?! Куда ты? Подожди, ты же ничего не съела! И мы еще не заказали десерт!

– Я на диете! – Схватив сумку, я устремилась к выходу.