Врата в Шиноу

Со стороны это выглядело как истинные бредни сумасшедшего, мужчина сидел на троне с рукой в воде, закрытыми глазами и что-то тихо нашёптывал, да так, что слышал это лишь он, хотя в помещении и стояла звенящая тишина. Эмоции на его лице менялись, одна за одной они уходили от гримасы наслаждения до пугающей ненависти.

Раздался звук воды, таз перевернутый лежал на полу, а вода лужей растекалась по всей комнате. Его чуть ли не потрясывало от злости, что его план по убийству мальчишки всё ещё не был реализован, хотя тот должен был умереть ещё в ту злосчастную ночь.

Мужчина сейчас буквально осыпал проклятьями каждую упущенную возможность убийства, почему-то мы часто жалеем о том, чего уже не в состоянии исправить

Гурше выпрямился, стараясь обуздать свою злобу, постепенно, он вновь прокручивал в своей голове то, чего уже добился, улыбка начинала вновь озарять его лицо. Собственная сила и восхищение своей персоной часто служили ему отдушиной, которая позволяла и помогала отрезвлять рассудок.

– После коронации нам нужно отправить прекрасное послание….

***

Сумерки уже опустились на горизонт, море было тихое и спокойное, корабль мирно плыл в нужном направлении, сегодняшний день в принципе был для него достаточно тяжелым. Хоть и не по своему желанию, но Скрил выделил две каюты для вновь прибывших, который искренне презирал с самой первой минуты. Слова Деграна действительно прошлись по нему слишком отчётливо.Они более прочно закрепили в нём стереотип о том, что большинство людей, обладающих магическим потенциалом – это огромная кучка снобов, которые веселья ради поделили их мир на «правильных» и «неправильных», относя к первым исключительно себе подобных, магически-одарённых, а ко вторым обычных людей, делая из них обслугу.

Колай часто возвращался к мысли, что тот мир, который располагается на суше – явно не его, ведь практически никто там не давал поводов, чтобы его уважали или же не заставлял проявлять что-то за исключением равнодушие и презрения .

Тот мир полон неписанных стандартов, он создал свои правила, которые никогда не устраивали пирата, поэтому он держался от него подальше. То ли дело море, свободное, не усложнённое рамками или устоями, такое, каким оно само желает быть. Таким себя считал и Скрил.

Линар мирно спал в своей каюте, Дегран находился скорее всего в своей и по едкому предположению Эссы «возмущался, что вокруг нет слуг».