Ковен

А до этого удивительным образом все мои заказчики отказались со мной работать.

Глаза блондинки широко раскрылись, рот был немного приоткрыт, а судя по взгляду возмущению не было предела.

– Не знаю, что меня раздражает больше, что он заявился в дом твоих родителей как к себе домой или факт того, что он мешает работу и отношения, словно это виски с колой, – ответила Грин.

– Они забирают квартиру, – развела руками Виктория. – Говорят, что пока я не верну расположения сына их партнёра, который согласился быть моим спонсором задолго до отношений, я поживу с ними.

Обострённое чувство свободы и справедливости новыми красками заиграло в глазах и поведении Лекси, она уже покрывала Уинстона все возможными ругательствами, когда заметила что Викторию он уже мало волнует.

– Знаешь что, – она взяла с соседнего стула свою сумочку. – Я не позволю тебе идти на поводу у своих родителей и возвращаться к тому, кто сделал тебе больно. – она копалась в сумке, вытаскивая оттуда косметику и складывая её на столик.

Лекси вытащила связку ключей и начала перебирать один за одним, когда же она нашла нужный, то сразу же протянула его Виктории.

– Это дом моей почившей тётушки Маргарет, думаю, ты помнишь её, – улыбнулась она. – Дом она оставила лично мне, поэтому ты можешь перебраться туда.

Блондинка говорила это на удивление просто, словно она сейчас не отдавала ключи от дома своей умершей тёти своей подруги, чтобы та спряталась там от родителей.

Таким образом она оказалась здесь, перед пустым домом той самом тёти Маргарет, которая в детстве, когда приезжала, угощала их обеих сладкими леденцами. Внутри Виктории была неуверенность, она не знала, стоит этого того или нет, действительно ли необходимо побыть какое-то время здесь, чтобы привести свои мысли в порядок и понять, чего ты хочешь от этой жизни.

В этом и была главная проблема и цель визита, постоянно, всегда и вечно кто-то решал, что она будет делать, как она это будет делать и кто сможет ей помочь. Она привыкла, что никогда не нужно что-то реализовывать самой, но и за это есть своя плата, которой явилась её свобода и которую она, по настоянию подруги, не потеряет.

***

Мужчина пригнулся под очередной веткой дерева, пробираясь к нужной поляне.