Игра в фатализм

Здесь была одна двуспальная кровать, которая была растлена и скомкана, рядом стояла тумбочка, где покоился торшер, а справа от кровати был большой шкаф, на котором висело большое зеркало, открыв шкаф, она осмотрела вещи. Несколько зелёных рубашек, парочка белых и одна чёрная, пиджак, кожаная куртка, даже шляпа покоилась на верхней полке. Внизу стояли кроссовки, кеды и ботинки от чёрного до зелёного цветов, висели джинсы, всего три пары. Отойдя от шкафа, она осмотрела опять же полупустую комнату, обычно, только переехавшие люди, живут, скажем так, в коробках, а всё, что здесь было скорее кричало о том, что приехал человек ненадолго.

– Тебя не учили, что нельзя рыться в чужих вещах? – голос послышался со стороны двери.

В момент обернувшись, она остолбенела, Тернер стоял напротив неё, облокотившись плечом о дверной косяк и сложив руки на груди, ждал ответа на свой вопрос.

– Ты право и лево путаешь, я не пойму? – в этот момент он зашёл внутрь комнаты.

– Да нет, – растерянно, сказала она.

– Тогда какого чёрта ты здесь забыла? – уже более злостно, спросил Питер.

Не зная, что ещё делать, она опустила голову, стараясь быстрее покинуть комнату, но проходя мимо Питера, она почувствовала как он вцепился в её руку, чуть выше локтя, и повернулся в её сторону. Она тут же попыталась одёрнуть руку, но его хватка была словно хватка мёртвого, она подняла взгляд на его лицо и чуть было не упала. Возможно, это были галлюцинации, но она была готова поклясться, что его глаза светились кисло-зелёным цветом, что пугала, она тут же хотела закричать со страху, но смогла издать лишь хриплый писк, который лишь смешил, но не пугал.

– Никогда не смей сюда ходить, – он отпустил её руку и вытолкав её за дверь, ушёл на первый этаж.

Ошарашенно провожая его взглядом, она облокотилась спиной о стену и тихо сползла вниз по ней, закрывая лицо руками. Она провела рукой по волосам, они мгновенно рассыпались по поверхности головы, тяжело дыша, она всё вспоминала эти зелёные глаза, которые заставили сердце уйти в пятки, а руки дрожать, лишиться дара речи.