Двое из ларца прячут мертвеца

К тому же, я знала, что моя сестра не так уж хрупка и слаба, как может кому-то показаться.

Вернулась к документам. Достав чистый листок из сумки, я поджала ноги, потому что Ника стала перемещаться и пытаться двигать, наверняка, тяжелое тело мужчины, отчего небольшая карета стала совсем тесной. Вжавшись в угол и устроив на скамейке и ноги тоже, открывала по очереди баночки чернил и делала мазки на чистой бумаге, подбирая наиболее близкий к документу цвет.

Вот что я умела, так это подделывать почерки. Отточила эту способность, чтобы скрыть от матери и отца те кляузы, что писали на меня домашние учителя.

К тому же, у меня вообще хорошо получалось работать руками. Несколько десятков букв “а” на листочке, и я научилась писать ее точно так же, как и тот клерк, что оформляет эти документы.

Мазок чернил. И вот в документе уже не Рик Мелье, а Рика Мелье. Один из амулетов уже уничтожен, а значит, изображать парня сможет только одна из нас. И это буду не я. Мужчину я собиралась изобразить только сейчас.

Разложив бумаги на скамейке, чтобы те обсохли, стала снимать свое пышное платье и заметила, что на руке у меня все еще кровь. Как и на лице, наверное. Смочила питьевой водой тряпку и протерла все те места, на которых могла она оказаться. Только волосы не сильно отмывала, так как рана на голове отзывалась болью на прикосновения.

После этих действий пришло время надевать то, что сняла с лорда сестра. Даже если Ника в силах изменить с помощью артефакта мне не только внешность, но и одежду, я была против.

Каждая кроха ее силы и навыков артефактора скоро пригодится в полной мере.

Когда была уже в мужской одежде, морщась от брезгливости и запаха пота, я в очередной раз опустила взгляд на труп в исподнем. И поняла, что это слишком, мои ноги и так дрожат, что стоять трудно. От вида бледных, в цвет мужских панталон, ног мужчины меня сильно затошнило, что аж голова закружилась. Сглотнув вязкую слюну, я накрыла бывшего жениха собственным же платьем. Подумаю потом. Пока нельзя мыслить о том, что натворили.

Нужно соображать, как выйти из ситуации и не загреметь в тюрьму.

– Превращай меня в… – запнувшись я кивнула в сторону своего платья, – … него.

Ника поджала губы и протянула руку к моему амулету. Глаза у нее болезненно покраснели и странно блестели, а руки дрожали. Мы обе сейчас держались из последних сил.

Когда сестра кивнула, я не стала перепроверять, мы и так слишком долго копошились в стоящей, наверное, посреди дороги карете.