По ту сторону судьбы

 – Разве ты не любишь меня? Я так тебя ждал, так желал, а ты мне отказываешь!

Кончита высвободилась из его объятий.

– Это неправильно, то, что ты хочешь сделать, – сказала она. – Мы ведь еще не поженились!

– Ну и что, многие так делают, ты просто такая наивная, жизни еще не знаешь!

Кончита почувствовала себя нехорошо. Ей вдруг очень захотелось вернуться. Она поправила платье.

– Отвези меня домой, – сказала она Луису Энрике.

Молодой человек не ответил ни слова, повернулся и молча пошел обратно.

Они не проронили ни слова до самого выхода из садов. У ворот торговцы продавали сладости.

– Луис Энрике, давай купим что-нибудь вкусненького! – попросила она.

Он сердито посмотрел на нее.

– У меня не очень много денег с собой, – пробурчал он. – Ну ладно, так и быть, если ты так сильно хочешь, пожалуйста.

Он подошел к торговцу и купил для своей спутницы какую-то дешевую конфету.

– А ты? – спросила его Кончита.

– Я не хочу. Трогай! – сердито сказал кучеру ее кавалер.

Кончита посмотрела на конфету и положила ее в карман.

Всю дорогу они молчали.

– Ну не сердись, Луис Энрике, – пыталась наладить разговор Кончита. Но молодой человек не намерен был мириться. Как правило, он долго не прощал обид.

Кончита была разочарована. Совсем не этого она ждала от своего друга. В ее фантазиях их встречи с Луисом Энрике представлялись совсем другими. Она вдруг вспомнила про Хулио Сэсара, и где-то внутри ее промелькнула мысль, что, наверное, она совершила ошибку, отказав ему.

Они подъехали к ее дому. Кончита вышла, обернулась на своего спутника, но он едва удостоил ее взглядом.

Экипаж уехал, прочь увозя ее кавалера, который даже не попрощался с ней.

Кончита вошла в дом, и направилась в свою комнату, но по дороге встретила отца. Его вид не предвещал ничего хорошего. Девушка сжалась, приготовившись выслушать от него все самое плохое, что он про нее думает. «Как всегда!» – подумала она.

Дон Альберто долго отчитывал свою дочь за то, что она без спросу уехала из дому с молодым человеком. Он говорил ей о том, что она не уважает своих родных, что не соблюдает правила приличия, и что ему стыдно за нее.

– Ты совсем не умеешь себя вести, Мария Консепсьон, не понимаешь, что делаешь! – возмущался он. – Натворишь всяких бед, а мне за тебя отдуваться! Мы – уважаемые люди, мне стыдно за то, как ты себя ведешь!

Девушка молчала.