Осколок амфоры

Константинос повернулся к своему другу.

– Это кирия* Ирени и ее дочь Алики, – ответил он. – Они совсем недавно перебрались сюда из Ликии. Здесь у них живет двоюродная сестра. Они прекрасные художницы и помогают мне расписывать стены домов и храмов. А девушка еще прекрасно поет и танцует. Что, я вижу, ты уже глаз на нее положил? – с улыбкой произнес он.

– Ты познакомишь меня с ними? – воодушевился Георгиус.

– Почему бы и нет? – с улыбкой произнес Константинос. – Любой будет рад познакомиться с сыном советника, недавно вернувшегося из Эфеса!

– У нее нет жениха? – продолжал Георгиус, снова кивнув головой в сторону женщин.

– Многие к ней уже сватались, и я поначалу тоже был ею увлечен. Но это не тот тип женщин, который мне нравится, хотя Алики очень хороша собой. Ты же знаешь, мне нравятся блондинки, – задумчиво продолжал Константинус. – Но она и ее мать – женщины строгих правил. Алики не приняла ни одного предложения. Кто знает, может быть, она ждала именно тебя? – он с многозначительной улыбкой посмотрел на своего друга.

В это время на сцене появились артисты, и началось представление. Зрители из последних рядов сердито зашикали на двух друзей, чтобы они замолчали и не мешали им смотреть спектакль.

Актеры играли очень хорошо. Несмотря на то, что во время своего пребывания в Эфесе Георгиус видел немало подобных спектаклей, он с удовольствием следил за действием, разворачивавшимся на сцене – одной из печальных историй любви, когда героиня после всех событий оставалась одна, а ее возлюбленный вынужден был покинуть ее и навсегда отправиться в дальние края.

Наконец, спектакль закончился. Зрители были очень воодушевлены, некоторые даже плакали. Они встали и бурными овациями провожали своих любимых артистов.

– Ну почему все эти представления имеют печальный конец, как ты думаешь, Константинос? спросил Георгиус у своего друга.

– Наверное, такова жизнь, – задумчиво ответил ему молодой человек. – Большая любовь всегда заканчивается печалью. Так устроен наш мир.

Георгиус подумал, что его друг тоже не прочь пофилософствовать, хотя и не обучался у эфесских мудрецов.

В это время народ начал расходиться. Солнце уже село за море, и быстро темнело.

– Ну, пойдем, познакомишь меня с этими прекрасными женщинами, – Георгиус нетерпеливо теребил своего друга за локоть.