Когда погаснут страсти

– А завтра на праздник приедет много гостей, музыкантов из других городов, – сказала она, чтобы нарушить неловкое молчание. – Я думаю, будет очень весело! А потом будут танцы.

Сильвина сумела разрядить обстановку, и гости вернулись к своим разговорам, как ни в чем ни бывало. Сильвина наклонилась к Эжелин и прошептала ей на ухо:

– Не спорь с отцом, дочка. Ты знаешь, что он вспыльчивый, но быстро отходит. Все будет хорошо.

Эжелин не знала, что ее мать имела в виду под этой фразой. Но Сильвина умела искусно улаживать все конфликты.

Ее мать была очень изящной, даже миниатюрной женщиной. Ей было пятьдесят два года, но никто не давал ей больше тридцати пяти. Она была красива сама по себе, и при этом казалась очень ухоженной. У нее всегда была идеальная прическа и искусно наложенный макияж. Сильвина отличалась безупречным вкусом в одежде. Ее походка и манеры были изящными, и она всегда вызвала всеобщее восхищение, в полной мере соответствуя своей должности – главной жрицы храма Красоты.

Сильвина владела многими секретами женской привлекательности, которым она обучала девушек. Это секреты передались и ее дочери, которая тоже продолжала посещать занятия в храме своей матери.

В это время Эжелин заметила, что ее троюродный брат с другого конца стола смотрит на нее с завистью. Девушка вспомнила, что Химериш тоже пытался обучаться в храме Музыки и Танца, но не преуспел в этих искусствах. Ей стало немного не по себе от этого взгляда. Она вспомнила, что и ее старшая сестра, которая одно время обучалась в этом храме и даже пыталась петь вместе с ней, тоже ей завидовала.

Между тем уже совсем стемнело, и гости начали расходиться.

– Мама, можно я тоже пойду к себе? – спросила Эжелин у Сильвины. – Я немного устала сегодня.

– Иди, дочка, отдыхай, – ласково ответила ей женщина. Эжелин поцеловала ее и незаметно удалилась с террасы.

Она вернулась в свою комнату, взяла полотенца и отправилась к купальне, которая находилась неподалеку.

Прохладный вечерний воздух был напоен ароматов трав, со всех сторон разносился звон цикад. Эжелин подняла голову и посмотрела на небо, усеянное яркими звездами. На небе слева и справа светились две луны – обычные для Атлантиды ночные светила.