Онтологически человек: Битва деревьев

 – Как еще?

Джиневра с силой оттолкнула его (он потерял равновесие) и встала. Артур лежал и смотрел из-под век, как она резкими движениями запахивает бордовый халат поверх белой сорочки, туго затягивает пояс – узлом, по-мужски – снимает со стены телефонную трубку, нервно перекидывает с плеча на плечо тяжелую золотую гриву, до упора вдавливает клавиши и командует: «Доктора. Срочно».

Потом пришел врач, подтвердил то, что сказал Мерлин, и ушел.

Потом Джиневра обняла его.

– Я так напугалась за тебя.

Артур ухмыльнулся:

– Знала, с кем связывалась.

У него было странное чувство, что он потерял или забыл что-то важное, но он никак не мог понять, что именно.

– Джин, – уже проваливаясь в сон, спросил он. – У тебя какие цветы любимые?

– Лилии, ты же знаешь, – удивленно ответила она.

– Лилии, – повторил Артур. – Точно.

С неба падали белые хлопья. Камелот будто завернули в вату. На карнизе за окном лежал толстый слой снега. На снегу босиком стояла дану, и даже смотреть на это было холодно.

Артур взял кочергу и пошевелил огонь в камине – дрова весело затрещали. Он приказал развести огонь, несмотря на раннее утро. Язычки пламени жадно облизывали поленья. Они были совсем не похожи на северное сияние над менгирами.

Хлопнула дверь – в комнату влетела Джиневра. Она швырнула на столик какую-то папку, наклонилась из-за спинки кресла, поцеловала Артура, окатив облаком духов, упала в кресло напротив, запрокинула голову – на белой шее блеснула бархотка – и вопросила в потолок:

– Долго еще?

– Сейчас-сейчас, – ответил Мерлин.

Он возился на полу, разрисовывая какими-то сложными закорючками начерченный круг. Наконец, он выпрямился, сунул мелок в карман, открыл окно, снял с него Нимуэ и перенес в кресло, стоявшее в центре круга.

– Удобно? – озабоченно спросил Мерлин.

Дану кивнула и подобрала ноги – получился клубок с глазами. Но, по крайней мере, на нее уже можно было смотреть без дрожи – девица и девица. Ну, то есть, бледная, стриженая, босая и в каком-то непонятном балахоне, но вполне безобидная.

Мерлин тем временем взгромоздился рядом с дану на подлокотник и торжествующе вертел головой со своего насеста. Его явно распирало.

– Давай докладывай, – сказал Артур, складывая ноги на столик перед камином.