Онтологически человек: Истинное желание

Коронация, объединение страны, свадьба… последняя галочка в списке.

Ланс понял, почему их не замечают – потому что на самом деле их тут не было. Он был в это время… где? В своей части в Кармартене, наверное. А королева была внутри.

Она вдруг закрыла лицо ладонями и замотала головой. Быстрый луч выхватил растрепавшиеся пряди вокруг ее головы – как корону во время затмения – и скрылся за облаком. Джиневра уронила руки, и стало видно, насколько она измотана – под глазами залегли тени, скулы заострились. Лансу захотелось обнять ее, чтобы утешить.

– Я должна, – прошептала она. – Я должна… – но не двинулась с места.

– Мы должны, – сказал Ланс, взял ее за руку и толкнул высокую дверь собора.

Она распахнулась без скрипа, но Ланс не столько услышал, сколько ощутил, как на высокой башне щелкнул, запускаясь, часовой механизм.

Между колоннами собора стелился красный ковер, упираясь в алтарь, и у алтаря стоял священник в странном наряде. А рядом с ним – король, в алом мундире и с лентой через плечо.

А рядом с ним стояла невеста – в платье с белым шлейфом, в диадеме, рассыпающей алмазные блики, и прозрачная фата трепетала вокруг нее облаком, скрывая ее черты.

Ланс почувствовал, как задрожала рука у Джиневры.

Ему вдруг стало очень спокойно, как за штурвалом. Гости, толпящиеся по обе стороны прохода, отдалились. Все стало четким, как чертеж. Голос священника приблизился рывком – будто настроили частоту.

– …и если у кого-то есть возражения против этого брака, пусть скажет сейчас – или молчит вечно.

– Есть, – громко сказал Ланс.

Слово раскатилось под сводами, дробясь эхом.

Медленно, медленно король повернулся – будто сквозь воду.

– Почему?

Они стояли уже совсем рядом, на расстоянии вытянутой руки. С деталями творилось что-то странное – Ланс совершенно четко видел короля – светлые глаза, светлые брови, совсем молодое лицо – они что, ровесники? – и узор на наряде епископа – красная тесьма, золотые полоски и ромбы, какие-то сиреневые камушки, блики на стеклах очков над седой бородой – и полотнища флагов за его спиной – длинные, длинные полотнища шелка, львы и драконы, стоящие на задних лапах, вышитые стежок к стежку – но все, что вокруг, меркло, как при выходе из штопора.

Но это было неважно. Ланс посмотрел прямо на короля.

– Потому что вы уже клялись, – сказал Ланс.

Король мучительным усилием свел брови, будто пытаясь вспомнить:

– Я вас знаю?

– Меня зовут Ланселот, – сказал Ланс. – Вы посвящали меня в рыцари.