Онтологически человек: Истинное желание

Мерлин поднял брови:

– И что ты думаешь?

Дану зажмурилась:

– Скажи мне, что ты видишь в этом смысл. Скажи мне, и я поверю тебе на слово.

Мерлин взял ее за плечи:

– Он есть.

Дану кивнула:

– Хорошо. Я помогу. Тебе нужно время?

Мерлин застыл столбом. У колдуна опять сделалось такое лицо, будто у него зрачки смотрят внутрь черепа. Он зашарил в воздухе руками перед собой, как кукла на нитках. Потом дернул подбородком и моргнул.

– Нет, – сказал он, и начал зачем-то раскатывать рукава. Оправил манжеты, застегнул ворот и повернулся к дану:

– Посмотри, чтобы их не задело, хорошо?

Фея кивнула.

Ланс помог королеве подняться. Кажется, она этого даже не заметила.

Фея шагнула к ним. На фарфоровом треугольном личике появилось неприятное выражение – как у хирурга.

– Вы пойдете вместе? – спросила она.

Королева беспомощно оглянулась на Ланса. «Не оставляйте меня».

– Да, – сказал Ланс.

– Хорошо, – сказала дану. – Что бы вы ни увидели – не выходите из круга. Когда я открою проход – идите.

Какого круга, хотел спросить Ланс – но тут дану неуловимо покачнулась, и от нее отделились два двойника – справа и слева. И еще раз, и еще… С разных сторон, на самой грани слуха, поплыл шепот – Нимуэ… Нимье… Нинева… Ниниан… Ниниэн… Вивиэн. Вивьен. Вивиана.

Хоровод вокруг сомкнулся.

Двойники не были полностью идентичными – они отличались кроем серой одежды, прической, выражением лица – но глаза у всех были одинаковые, прозрачные и бешеные. Ланс вспомнил, как шарят прожектора в темном небе.

Колдун стоял спиной к хороводу, лицом к озеру. Вдруг он припал на одно колено, упираясь ладонью в берег – и день вокруг померк, резко, как выключили свет.

На темном небе высыпали звезды – будто опрокинули солонку. Земля под ногами задрожала. Ланс прижал к себе Джиневру.

Слева, справа, со всех сторон вокруг них из земли рванулся черный лес, вспарывая небеса. Необъятные стволы, узловатые корни, извивающиеся, схлестывающиеся друг с другом ветви – выше, выше, выше, раскалывая на части небесный свод.

Джиневра вскрикнула, как пронзенная, и спрятала лицо на груди у Ланса.

Дева Озера напротив смотрела на них сурово и прямо. У той, что была слева, из неморгающих глаз катились слезы. Та, что была справа, запрокинула лицо к темному небу и беззвучно ахнула. По хороводу бежала рябь, но двойники не размыкали рук.

– Где мы? – спросил Ланс.

– В русле Реки… Реки… Реки… – отозвались голоса.