Непримиримые. Наперегонки с судьбой

Да и куда тут рыпаться? Я сам затащил их в эту ловушку, мне их и вытаскивать. Уйти без повреждений прямо сейчас возможности всё равно нет. В конце концов не зря же меня столько времени готовили к управлению государством, если сумею успешно провести переговоры, сдам экзамен, и не посрамлю честь отца.

Когда-то я уже бывал здесь, сопровождая посольство Его Величества. Смешно, но дальше портовой площади нас тогда не пропустили несмотря на высокий статус, мирное соглашение между государствами и довольно плотные торговые отношения.

А сейчас и вовсе встречают во всеоружие.

Какое-то время мы ещё переговаривались, затем к Стремительному приблизилась лёгкая шлюпка с двумя гребцами, и я, на глазах насторожившейся команды спустился вниз.

– Ждите, и не нарывайтесь на неприятности, – приказал на прощание и через несколько минут уже выходил на берег.

Не стану скрывать, мурашки бегали по коже пока шёл по причалу. И причиной был не только пронизывающий до костей холодный морской воздух. Как-то неприятно ощущать себя мишенью.

Звук выстрела оглушил. Я метнулся в сторону, интуитивно пытаясь уйти с траектории пули. Щёку обожгло. Послышались чьи-то крики, пальба.

– Прекратить! – в две глотки гаркнули мы с сопровождавшим меня офицером.

Воцарилась напряжённая тишина. Щёку пощипывало. Провел по ней рукой, взглянул на окрасившиеся алым пальцы. Вот и первый шрам появится.

– Приносим извинения, виновный понесёт наказание, – произнес стоящий рядом мужчина, и жестом приказал следовать за ним.

Чем дальше уходили от берега тем тревожнее становилось на душе. Всё же верный клипер временно стал для меня домом, и рядом с ним я чувствовал себя в разы увереннее.

Как оказалось, руководивший защитой порта офицер не зря тянул время заговаривая мне зубы, он успел послать весточку во дворец правителя, и тот уже ожидал моего появления. И меня собирались пропустить в святая святых?! В город? Пусть под усиленной охраной, и слегка подстреленного, но всё же!

Попав за ограждающие порт высокие каменные стены, я поразился неприветливой суровости этого края.

Тихо. Безлюдно. И непривычно чисто. Что и не мудрено, если вокруг нет ни зверья, ни растительности. Ни травы, ни деревьев, ни хотя бы чахлых кустов, земли в принципе не было, повсюду один лишь холодный камень. Из него же были заборы и даже изредка встречавшиеся возле домов лавочки. Дома щерились крохотными амбразурами окон, так напоминавших те, что я видел в Обители Чистых душ.