Непримиримые. Наперегонки с судьбой

Решение пришло внезапно: портал! Да, они опасны, из-за чего и не используются, но уйти из-под атаки, подставив под неё единственного родного человека? Нет! Вцепилась в руку отца, сконцентрировала энергию, мысленно сплетая потоки и желая попасть в безопасное место…

Окружающая тишина оглушила, по глазам ударил яркий солнечный свет. Проморгавшись, огляделась: поляна, небольшое озерцо, лес и явно заброшенная, сильно скособоченная лачуга.

– Получилось… – облегчённо выдохнула, с трудом узнав в этом хрипе собственный голос.

Булькающий звук привлёк внимание. Посмотрела на отца. Вся голова – один сочащийся сукровицей волдырь, на губах пузырится кровь. Опустила взгляд ниже. По кителю расползалось пятно крови. Трясущимися от накатившей слабости руками стянула с него одежду, с ужасом глядя на глубокую рану.

Лечение далось нелегко. На то, чтобы ещё и шрамы с лица убрать, сил после открытия портала попросту не хватило, но может оно и к лучшему, так его не узнают.

Отец резко сел, потирая лицо, а у меня перед глазами всё окружающее поплыло, подергиваясь дымкой.

– Свелар… Батюшка… – из последних сил едва слышно прохрипела я, и сознание померкло.

Очнулась, лежа на топчане в лачуге. В печи, весело потрескивая угольками, полыхал огонь, а в котелке булькала, распространяя умопомрачительный аромат, похлебка, судя по висящей на крюке заячьей шкурке – из зайчатины. Неужели я ошиблась, и в доме имелись хозяева? Хотя, вряд ли – вездесущие пыль и паутина буквально кричали о том, что здесь давно никто не живёт.

Скрипнула входная дверь.

– Очнулась, девонька? – произнес до боли родной голос. – Умоталась, считай сутки проспала. Присаживайся к столу, как раз похлебка готова, – позвякивая видимо найденной здесь посудой, рассуждал он. – Расскажи кто ты, куда путь держишь.

Я аж дара речи лишилась, услыхав такое. Вгляделась в его лицо, искренне надеясь, что шутит. Увы, отец явно не помнил кто он, что произошло и меня считал случайной гостьей.

Хорошо хоть полученные в походах навыки помогли ему с лёгкостью приспособиться к жизни в лесу. Видимо ранение наслоилось с нагрузкой от портального перехода, и последствия не заставили себя ждать. Вот только вины за содеянное я не чувствовала, в противном случае ни меня, ни его уже в живых бы не было.

День сменялся днём, вот кажется дел невпроворот, а мысли нет-нет да возвращались к произошедшему во дворце.