Факультет иномирства

В следующий миг гости расступились, и в образовавшемся проходе появились виновники торжества.

Эля выглядела невероятно: белоснежное струящееся платье с открытой спиной сверкало неисчислимым количеством мельчайших бриллиантов, они же были неведомо как вплетены в волосах, но все это меркло перед непередаваемо счастливым выражением лица подруги, с нежностью взиравшей на ведущего ее под руку Диверона. Этих двоих словно обволакивал ореол света и тепла.

У меня улыбка не сходила с губ, но внезапно, обдав холодом, скользнула мысль: «А будет ли так у меня? Найду ли пару?».

Стряхнув наваждение, вслед за всеми прошла в зал.

Жених и невеста поднялись на возвышение в конце зала, где их уже ожидал наряженный в парадные одеяния храмовник. Что происходило дальше, рассмотреть не удалось. Толпа сомкнулась, загородив обзор.

– Дети Двуликого, – обратился к собравшимся жрец, и приглушенно переговаривавшиеся до этого момента гости вмиг затихли. – В этот священный день мы собрались здесь, чтобы стать свидетелями зарождающегося Союза… – вещал он.

Служки засновали по помещению с помощью курильниц совершая обряд обязательного очищения от скверны. Я же пыталась осторожно пробраться поближе к новобрачным, а то из-за своего невеликого росточка удавалось рассмотреть только макушку Диверона, а Элю и вовсе не видела, хоть и стояли они на возвышении. Увы, продвижение не слишком удалось, зато впереди замаячила озирающаяся по сторонам Дейра, как всегда старавшаяся все вокруг держать под контролем, а рядом с ней я с удивлением узнала оставленную мной в Академии Леру.

Храмовник затянул заунывное песнопение, кое подхватили продолжающие курсировать по залу служки. Вот и как они это делают? Не поют, в смысле, а проталкиваются в этой толпе.

Стало грустно от мысли, что я и в храм не отправилась, и торжественную часть мероприятия по сути пропустила, оставшись в задних рядах. Вот чего стоило мне заблаговременно занять место у двери? Нет же, слонялась, глазея по сторонам, а теперь пожинаю плоды своей непредусмотрительности.

Вслушиваюсь в заунывные песнопения, в нужные моменты вместе со всеми осеняя себя священным кругом Двуликого. За подругу рада, да; а в то же время необъяснимая тоска душу рвет так, что мурашки по телу, все внутри выворачивается наизнанку, состояние такое хоть плачь.