Серьезные игры

– Меня беспокоит, – вздохнула Катя, доставая сигареты и закуривая, – не столько Вита, у нее, думаю, так или иначе все наладится, сколько ты.

– Я?! – удивилась Надежда.

– Да, Надя, у тебя могут быть серьезные психологические проблемы. Ты разрешишь мне говорить о ваших отношениях с Витой?

– Буду признательна, если что-то посоветуешь.

– Понимаешь, вы относитесь друг к другу, так сказать, очень несимметрично. У тебя это любовь, о чем ты, кажется, не догадываешься. Тебе, видимо, это чувство незнакомо?

– Мне дома вообще были незнакомы эмоции, связанные с чем-либо вроде секса.

Да и сейчас к человеческому сексу у меня очень странное отношение.

– Так ты сама хочешь, чтобы Вита была твоей любовницей?

– Хочу, – помолчав, ответила Надежда.

– Проблема в том, что она испытывает к тебе не более чем довольно сильные симпатию и сексуальное влечение. При этом у нее явная склонность иметь одновременно несколько сексуальных партнеров и часто их менять. Она, наверное, проектировалась для исследования сексуального поведения аборигенов?

– Да.

– Мне такой поведенческий стереотип хорошо знаком на собственном примере, потому что анализ сексуального поведения был и моей основной специализацией. Как тебе будет, когда вокруг Виты завертится вихрь любовников?

– Мне будет неприятно, – тоскливо ответила Надежда. – А ты уверена насчет вихря любовников? Ведь большинство людей, кажется, испытывает к гермафродитам отвращение.

– Уверена практически абсолютно. Она ко всему прочему редкостно привлекательна для гермафродита.

Есть категория любителей, которые просто из кожи вон будут лезть, добиваясь ее. И если ты хочешь быть постоянным, как бы семейным партнером Виты, тебе надо заранее привыкать к ситуации и научиться скрывать ревность. Ты не обязана, конечно, радоваться ее увлечениям. Но она всегда должна чувствовать себя с тобой психологически комфортно. Как дома. Понимаешь?

– Да, – кивнула Надежда.

*****

Когда Надежда закрыла дверь за таксистом, притащившим их небольшой багаж, Вита подскочила к ней, обняла и потащила к кровати.

– Погоди, малыш, – стала неуверенно отбиваться Надежда, – давай разложим вещи!

– Успеем! Обещала ведь: дома – никаких отговорок!

И вдруг, смутившись, спросила:

– А тебе не неприятно со мной? Я ведь не мужчина, а непонятно кто…

– Ты понятно кто – мой малыш…

*****

– Тебе не тяжело? – спросила Вита. – А то я по тебе растеклась, как лужица. Такая слабость блаженная.

– Нет, мне даже приятно.