Зараза

Аня непроизвольно потерла шрам, который я оставил на щеке в прошлом году, и покачала головой.

– Что бы это ни было – не надо. Убери! Сегодня праздник у девочек, так вот сделай доброе дело – будь им хорошим отцом. Хотя бы сегодня!

Я кивнул и убрал коробочку с колье в карман.

Время еще не пришло, если оно вообще когда-нибудь придет.

***

Все шло слишком хорошо, чтобы быть правдой. Мы съели вчетвером пирог, который испекла Аня. Она пекла их каждую субботу в течении всех тех лет, что мы были вместе.

И до сих пор не изменила привычке. Но на этот раз пирог был особый – праздничный. На нем стояла фигурка пони – естественно, розового, – а рядом большая цифра пять. А еще – куча конфитюра и разноцветных конфеток в посыпке.

Девочки даже не стали трогать лошадку, хотя мама и говорила им, что он – съедобный. В итоге мы вместе решили, что пони отправиться в «конюшню» – прозрачную коробку, чтобы еще какое-то время радовать глаз.

– Все равно вы его потом съедите, – улыбнулся я.

– Нет! – сказала Маша, а Катя подтвердила.

А потом девочки убежали играть с подарками, а мы остались с Аней на кухне одни.

– Ты знаешь, я часто вспоминаю… – начал я.

Аня чуть не поперхнулась чаем. Пришлось похлопать по спине.

– Не время сейчас об этом. Давай не будем! – попросила она.

– Хорошо! – согласился я.

А потом разговор плавно перетек к злосчастному троновирусу. Видит бог, я не хотел этого делать. Не хотел рассказывать, но слова выскакивали из меня сами собой.

– Нет никакого вирус! – Заявил я.

– С чего ты взял? Нам вон маски на работе раздали бесплатно. Говорят, что садики тоже скоро закроют, – сказала Аня.

– Закрыть-то, может, и закроют, но вируса нет. Это все – один большой фейк, – сказал я, отпивая чай. Учитывая бессонную ночь, у меня в голове все ходило ходуном, будто с похмелья. А словесный понос было не сдержать.

– О чем ты говоришь?

– Да о том… я был в больнице.

– В какой еще больнице?

– В инфекционной. – Сказал я, пропустив момент, когда глаза у Ани широко открылись.

Фатальная ошибка. – Был там сегодня ночью. В спецбоксе. Это типа, где держат этих самых больных. И там – нет никого. В меня даже…

– Ты был в инфекционке? – Оборвала меня Аня.

– Да был. И там нет никого, никаких больных троновирусом. В меня даже… – я опять не успел договорить.

– Ты был в больнице, и посмел явиться сюда?! К девочкам!? Ты что, идиот? – Аня резко вскочила со стула. Глаза сверкали праведным огнем.