Вершитель судеб

Иногда он забегал к ней во дворец и она с намерением сначала накормить Игоря бросалась в столовую, но он перехватывал ее на бегу и, затащив в ее светелку, предавался с ней плотскими утехам, потом убегал по делам, так ничего и не поев.

– Ты для меня самое вкусное лакомство, солнце мое, – говорил он на прощание, когда она огорченно разводила руками из-за его поспешного ухода.

– Так не всегда ж этим питаться-то? – она уже говорила вслед. Долго еще в комнате оставался запах его тела и слышался только для нее его смех.

Она ложилась на кровать и начинала перебирать все, что произошло с ней за последние два часа. Что он говорил, как целовал и смотрел, о чем спрашивал и как смеялся ее рассказам. Она готова была расплакаться от счастья.

Неужель ей, простой и не слишком образованной девке так повезло? Евсей, самый лучший офицер из всего гвардейского полка императорской армии стал ее суженым.

Со временем Игорь стал понимать, что представляет собой двор императрицы. По обрывчатому пересказу Веры, там с утра до вечера шла азартная игра на крупные суммы денег среди сплетен, подпольных интриг, пересудов, наушничества и флирта, флирта без конца.

Вера была хорошим осведомителем, сама того не понимая.

Глава 7

Петр III все более разжигал лютую ненависть к себе от всех. Окончив для России бесполезно одну войну он затевал другую с Данией, чтобы отнять у нее Шлезвиг, отнятый у Голштинии. Готовя силы Российской империи для воинственного нападения на Данию, он в тоже время ратовал за свободу совести в родном отечестве.

Это казалось смесью, непостижимой для умов.

– Господи! И чего неймется нашему Петруше? – с огорчением спросил Алексей у Панина, который стал другом и соратником гвардейцев, так как был тоже заинтересован в перевороте.

– Неужель это правда, что нас пошлют войной на Данию только для того, чтобы нашему Петруше вернуть Шлезвиг? – тоже спрашивал Игорь у огорченного Никиты.

– Это еще цветочки! – сказал он. – У него, в мыслях его детских, возник совершенно безумный план, и я благодарю Господа, что сам и друзья мои не стали раньше времени обременять себя узами брака, – говорил Никита, а гвардейцы внимательно ловили каждое его слово.

Никита замолчал. Гвардейцы притихли. Никита, заметив как приутихли голоса друзей и внимание выступило на челе каждого, немного повременил с новостью и подойдя к столу налил себе чарку вина. Он медленно отпил глоток, смакуя превосходный напиток.