Пленник порока

Помочь пришел? – пропустив предостережения брата, спросил Сергей. Тут возвратилась Вероника и они втроем стали печь картошку. Они еще долго сидели в мастерской, обсуждая путешествие Сергея.

Но история с «испуганным огнем», как этот случай для себя назвал Евдоким, не забывалась. Сколько раз за вечер вспоминал он метнувшееся обратно в печь пламя и не мог не удивляться. Огонь словно боялся Сергея. Он грел его, но не обжигал.

Евдоким хотел было спросить о том, что видел, но почему-то не смог. А Сергею в ту последнюю ночь перед отъездом приснился странный сон.

Вдруг откуда-то появляется ангел и садится рядом с тонущим. Чистый взгляд голубых глаз завораживает Сергея, и уже не кажется ему смерть такой странной и страшной. А ангел вздыхает и печально смотрит на него. Потом протягивает ему руку и хочет помочь, но, завидев на пальце перстенек, который к тому времени алым светом озарился, тут же исчезает на своих легких и прозрачных крыльях, а вместо него появляется седой и мрачный старец.

«Вот и свиделись, – молвил скрипучим голосом старик. – Думал я, затеряется нить родственная и никогда колечко хозяина своего не сыщет. Ан нет, сыскался ты, ну и ладно. Ты колечко-то береги. С самых старых и далеких времен служит оно роду нашему. Служит по правде и справедливо. Коли хорош человек, будет оно помогать ему всю жизнь. Что бы не задумал хорошего и полезного, все исполнится. Но берегись, коли сделаешь что-либо против людской доброты! – старик поднялся и Сергей отчетливо увидел в его глазах слезы.

Он решил никому не рассказывать о своем сне. Все это казалось ему очень личным и глубоко запало в душу.

Глава 7

Так как письмо Федора Тишки оказалось без адреса, Сергей решил доставить его обратно в Новгород, в Заславку, откуда оно и было прислано.

– Узнаю точно адрес и отвезу обратно, – сказал он матери.

– Это ж путь какой?! – всплеснула руками Варвара. – А, может, в чужеземную сторону письмо?

– Мама! Я слово дал! И я его сдержу. Только сначала надо Федора Тишку застать живым и в здравой памяти, вот потому и тороплюсь, – ответил он матери.

С той поры, как к Сергею попало кольцо, он понял, что в нем поселился еще один человек.