Отцеубийца

Дикая злоба зародилась в сердце мальчишки. Раньше он, как ни боялся отца, но и помыслить не мог ему зло причинить. Теперь же накипевшая ярость прорвалась наружу. Роман вскочил на ноги и после мгновенного раздумья со всех ног кинулся в поварню. Там нашел он длинный острый нож и с ним уж вернулся в горницу. Не раздумывая более ни секунды, он бросился на отца. Не имея полного понятия о том, что делает, размахнулся Роман и со всей силы ударил отца ножом в бок. Острое лезвие вошло глубоко, плоть была невеликим препятствием для наточенного железа, и тотчас на рубахе начало расплываться ярко-красное кровяное пятно.

Отец, почувствовав острую боль, развернулся, желая было накинуться на наглого щенка. Увидел свой вспоротый бок и торчащий оттуда нож и замер в ужасе, а потом начал медленно оседать на пол.

Мать перестала плакать и со страхом взирала на происходящее. Когда отец с тяжелым стуком повалился на пол и замер недвижим, мать набралась смелости покинуть свой угол и подойти к нему. Отец был жив, хотя опытный лекарь, определив рану, сказал бы, что он наверняка не жилец.

Отец тем временем открыл глаза, в которых в кои-то веки ярость сменилась вполне человеческими чувствами. С трудом подняв мгновенно ослабевшую руку, он дотронулся ею до растрепавшихся материных волос. Она вздрогнула от прикосновения этой руки, которая в последнее время не сулила ей ничего, кроме мук, но не отстранилась.

– Вот и все, – прошептал отец, и Роман с ужасом заметил, что с губ его закапала кровь, – конец мне пришел…

– Что ты, что ты, – запричитала мать, – на кого ж ты нас покинешь?

– Да давно уж пора! И так я зажился, – слабо улыбнулся отец.

– Что ж теперь будет-то, – продолжала стонать мать, – ведь пропадем мы! Как есть пропадем!

– Ничего, у тебя защитник вон ведь какой растет, – криво усмехнулся отец.

Тем временем на крики и плач в горницу сбежалась немногочисленная дворня. Слуги столпились возле дверей, в немом страхе наблюдая за происходящим.

– Ну, чего расшумелись, глупые бабы? – глухим голосом спросил умирающий. – Пошли бы вон отсюда, да поскорее… Повыть еще успеете. – А ты, вот что, – обратился он к жене. – Позови, пока не поздно, мужа судейского. А то, как помру, мальчонку-то засудят…

Истекающего кровью отца перенесли в опочивальню.