Соль. Судьба Первородной

Но Боги, как же ему хотелось сейчас есть! Громкое урчание в животе стало тому ярким подтверждением. Он был не из тех, кто стеснялся говорить, а точнее – заявлять о своих желаниях, но сейчас отчего-то испытывал робость. Не желая признаваться даже себе в том, что странный целитель вызывает в нем легкую оторопь, он всё же попытался встать на ноги и самолично отправиться на зов искушающих запахов. Но не успел он толком сесть, как в проходе показался уже знакомый силуэт.

– Что? – скептически изогнув бровь, поинтересовался спаситель, – решил протереть мне пол своим телом? Чтоб ты знал, до утра можешь даже не пытаться встать.

– Но, – постаравшись придать своему голосу необходимых жалостливых интонаций, начал Эрдан, – как?

– Ножками, как ещё? – хмыкнул дед, ловко усаживаясь на пол прямо перед спасенным и опуская перед собой поднос с бульоном.

– Но ведь мы же…

– В самом сердце Элио? Да, – уверенно кивнул мужчина.

– Я не дойду, – возмущенно воскликнул аланит.

– Чёй-то? – усмехнувшись, поинтересовался дед.

– Это будет самоубийство, – с силой сжав кулаки и призвав себя к спокойствию, Эрдан попытался состроить жалостливую гримасу.

– Да, ладно, – отмахнулся дед. – Таскать вон тот ворох оружия, – указал он на два фамильных клинка, доставшихся Эрдану в свое время в качестве подарка на совершеннолетие, а теперь небрежно брошенных в углу пещеры, – не умея им владеть, как следует, вот это – самоубийство.

– Если я не умру от жажды, то замерзну ночью! – всё же вспыхнул мужчина, не сумев подавить раздражения.

– Значит – судьба, не моя забота, – легко пожал плечами собеседник.

– Но у вас же есть амулет перехода, – отбросив надежду вывести собеседника на нужную ему тему, Эрдан решил повернуть беседу в интересующее его русло сам.

– Есть, да не про твою честь, – фыркнул дед и, не давая возможности сказать Эрдану что-то в ответ, сунул тому ложку с огненным бульоном в рот.

«Да, так дело не пойдет, – мысленно рассуждал Эрдан, лежа в полной темноте и вперив взгляд в окружающую его тьму. – Завтра, только завтра, если верить заверениям этого ненормального, я смогу вновь ощутить себя полным сил и встать на ноги. Дед выглядит до смешного тщедушным.