Дневник некроманта

Никто вокруг не мог меня обнаружить – для этого нужно быть магом, а им в замке обычного алхимика делать нечего.

Через следующие ворота мы оказались в теплице, здесь тоже было влажно, но в добавок ещё жарко и душно. В горшках и ящиках, куда только падал взор, росли травы, цветы, деревья, лианы. Различных форм и видов. Много в Серениде густых лесов и зелёных долин, но такое обилие резных листьев, пёстрых лепестков и густых ветвей поражало воображение.

Я замер, переводя дыхание, глаза метались между потолком и полом, стволами и вершинами, шипами и гроздьями.

Мы прошли в следующий зал, затем в следующий. Уж что-что, а стиль строения мне нравился. Траурные тона, узкие окна, стены такой толщины, что можно прорубить ещё по помещению в каждой, железные двери и тяжёлые люки для перехода на другой этаж – никаких лестничных пролётов также радовало отсутствие ламп и людей. Пусто, холодно, темно, тихо.

За тяжёлым круглым люком, ведущим на третий этаж оказалась огромный зал. Одну половину его занимали стеллажи с книгами, стеклянной и глиняной посудой, травами, частями тел живых организмов. Другую – столы и приборы, некоторым из которых я даже не знал применения. Второй раз в этом замке я забыл, как дышать. Впечатляет, Вангар, впечатляет!

– А! Ранир, – за дальним столом стоял сам алхимик. – Что же ты там застрял? Поднимайся.

Ранир взошёл на этаж и осторожно опустил крышку люка, наверное, боялся, что придавит меня. Но я давно уже стоял между стеллажей.

– И где же ты был всё это время, а? – старик Вангар сразу перешёл в наступление, лицо покрылось морщинами, стало напоминать печёное яблоко.

– Да так, были дела в ордене.

– Дела в ордене, – повторил алхимик и противно усмехнулся. – Хорош врать, все знают, что тебя Гредвар забрал.

Ранир сглотнул, поёжился, он будто бы не решался подойти ближе и говорил с Раниром на довольно большом расстоянии.

– Он… он… Его Светлость усыпил меня. И я… ходил во сне! – голос зазвучал уверенно, парень старался сменить тему. – Хотел сказать вам, я думаю, что стал ходить во сне.

Алхимик крякнул, потупил взгляд, пробормотал что-то невнятное, потом недовольно сказал:

– Что ты ему рассказал?

– Спроси у него лично! – раздалось из дальнего угла ржавое кваканье. Уж его-то я узнал сразу.