Дневник некроманта

Это надо умудриться, будучи магом, выглядеть как старик в какие-то семьдесят пять!

Интересно, что он принимает, чтобы кожа собиралась морщинами, а волосы серебрились? Положение обязывает выглядеть солидно. Станут ли люди слушать, как вечно молодой рассказывает о смерти и Последней жизни? Но уверен этот «старик» в любой момент может перекувыркнуться через голову и сесть на шпагат. Не знаю сколько точно мне лет, но я лишь чуть моложе него. При этом к своему телу отношусь, как к казённому, но старше тридцати пяти выглядеть ещё ни разу не удавалось.

Второй – Уолу, советник по делам чужестранцев. Сам чужестранец из Фроксии. Типичный северный мужчина средних лет: здоровый, белобрысый, хитрющий. За ум его уважаю, правда, хотя он сам себе на уме. Даже сейчас сидит, уставившись в окно, и подозрительно щурится.

Третий – Аруан Гамбела, советник по делам аристократии. А его-то король зачем вызвал? Всего-то ждём посла по поводу постройки храма, причём тут аристократия? Чопорный самовлюблённый пацан.

– Герцог Гредвар, – фроксианин Уолу подскочил первым.

– Ваша Светлость! – с готовностью поднялся Аруан.

– Герцог, моё благословения, – неохотно встал архиведий. Был ли человек, который ненавидел меня больше? Был ли человек кроме меня, которого он ненавидел?

Я улыбнулся всем троим:

– Граф Уолу, граф Ауран, господин архиведий! Рад приветствовать!

Король опаздывал. Ему не свойственно, и я чувствовал – что-то не так.

Глава 7: В зале Совета

– Его Величество Бернард Двадцать Четвёртый! – объявил вбежавший писарь.

Я и трое советников поднялись.

Двери распахнулись и в зал Совета вошёл король. Гордая походка, грудь колесом, одежда зелёных тонов контрастировала с рубиновой диадемой. Блеск украшений ослеплял. А вот блеск в глазах отсутствовал, с одной стороны, оно и понятно двенадцать лет такой страной править, с другой, в двадцать восемь лет это знак плохой.

Когда стандартные приветствия закончились, и все, кроме вошедших гвардейцев и писарей, снова уселись, король объявил:

– Посол Хазинкас прата-Шилинка задерживается. По личным причинам.

За небольшую драматическую паузу я успел придумать сотни вариантов от расстройства желудка до смерти.

– Вчера вечером пропала его жена.