Мир Аматорио. Доверие

Тут передо мной встает другой парень. Его верхняя половина лица остается в тени капюшона, но я отчетливо вижу, как кончики его губ приподнимаются в злорадной улыбке.

– Так-так. И куда ты собралась?

Я замахиваюсь, собираясь ударить его в горло. Но он ловко уворачивается, а затем бросается на меня.

«Используй подручные предметы в самозащите», – снова вспоминаются слова Аарона.

Я швыряю в парня свою увесистую спортивную сумку с тренировочной одеждой, которая попадает ему в грудь. Пользуясь его замешательством, я пячусь, но внезапно чьи-то руки обхватывают меня сзади и приподнимают в воздухе.

Я брыкаюсь, изворачиваюсь, мотаю головой. В общем принимаю все возможное, чтобы освободиться. Но все тщетно. Меня крепко держат и с каждым шагом оттаскивают дальше и дальше от моего дома.

– На помощь! – ору я. – Даниэль!

Я стараюсь кричать изо всех сил. Кто-то же должен услышать мои вопли? Брат, соседи или прохожие, которых, как назло, в этот момент поблизости нет.

– Можешь, сколько угодно кричать, – позади меня раздается мужской насмешливый голос.

– Кто вы такие? Отпустите меня!

– О, малышка, совсем скоро ты все узнаешь, – отвечает другой парень.

Он подхватывает с земли сумку, которую я бросила в него, и неторопливым шагом отправляется следом за мной. У него непринужденный и расслабленный вид. Будто похищать людей поздним вечером среди улицы для него вполне обычное дело.

– Леди, выбирайте места для поездки, – снова говорит тот ублюдок, что держит меня.

– Или у меня на коленках, – посмеивается другой, закидывая мою сумку к себе на плечо.

– Я лучше оближу раскаленную кочергу, чем допущу это, – шиплю я.

Я резко запрокидываю голову, и мне удается ударить затылком в нос того, кто меня держит. До моих ушей доносится хруст сломанной кости. Парень болезненно стонет и расслабляет хватку. Я тут же прикладываю максимум усилий, чтобы проскользнуть вниз. Куртка и толстовка задираются, прохладный воздух касается моей спины.

– Дерьмо! Отпусти меня! Ты мне сейчас яйца оторвешь! – он взвывает от боли, как подстреленный зверь, и, наконец, выпускает меня.

Позади меня раздается мужской смех.