Мир Аматорио. Исчезнувшая

Таких же маленьких претенциозных монстров, как и он сам.

И вряд ли он вспомнит юную девушку, умоляющую его отпустить и не причинять боли.

Я закрываю фотографии тех, с кем была раньше связана, убираю планшет на шезлонг и подхожу к краю бассейна. В его темной водяной глади отражается звездное небо. По привычке я нахожу среди светил созвездие Феникса. Согласно легенде, эта птица возродилась из пепла. Она обладала способностью к самосожжению и уничтожала себя, чтобы одержать победу над смертью.

В какой-то степени мы с ней похожи.

Ловко оттолкнувшись от керамического пола, я делаю прыжок и погружаюсь под воду. Выныриваю и откидываю голову, полностью расслабляясь. Сейчас мою кожу ласкает сохранивший тепло ночной южный ветер. Два года назад мое тело в изорванном платье погружалось во влажную холодную почву. Кажется, я до сих пор чувствую вкус земли в горле. Моя каждая клеточка ныла от боли и унижения.

Он издевался. Ломал. Терзал меня, как голодный стервятник, безжалостно отрывающий куски мяса.

Но я выжила. Мне чудом удалось вернуться домой. И по жестокой иронии меня добил тот, кого я называла отцом. Ему не была знакома жалость и милосердие. Он принял насилие надо мной, как позор. И предпочел смыть его ценой моего будущего.

Я считала, что выход есть всегда.

Я пропала. Мои поиски продолжались несколько месяцев. Меня искала полиция, подразделение К-9, специальные поисковые отряды. Мои фотографии распространялись по всем штатам и округам.

Меня так и не нашли. Из-за отсутствия улик выдвигались десятки теорий: убийство, киднэппинг, секс-рабство, продажа на органы. Однако никто не подозревал, что девушка, родившаяся в обеспеченной и влиятельной семье, исчезла по своей воле и желанию.

Где-то вдалеке раздается пение горлицы. Я вновь устремляю взгляд на небо, окрашенное розовыми рассветными полосами. Жалею ли я о том, что начала свою историю с чистого листа?

Пожалуй, нет.

Основную часть жизни я провела в окружении больших денег, предательства и запретов. Сейчас я достигла свободы: финансовой и душевной. Но единственное, что заставляет страдать мое сердце – первая любовь.

Но я никогда не смогу вернуться к нему.