Мир Аматорио. Исчезнувшая

Что-то вроде…

– Что-то вроде музея замка Хэммонда** или банального и скучного Дома Пола Ревира***? – я пожимаю плечами. – На самом деле мне бы хотелось снять про дом, в котором родился Бостонский душитель****. Но если об этом станет известно моему отцу, то он сочтет мои увлечения, мягко говоря, странными. И он не ограничится нравоучительной лекцией. Как минимум, отец заставит меня посещать психотерапевта два раза в неделю.

Джек молчит, и выражение его лица начинает меня нервировать. Он смотрит на меня так, будто я говорю на ломанном китайском, и при каждом слове из моего рта высовывается раздвоенный язык.

– Поэтому мне придется снимать про Клинтонский туннель, – невозмутимо заканчиваю я.

Джек выдавливает из себя полуулыбку.

– Должно быть, ты боишься идти одна в заброшенное место. Я могу составить тебе компанию.

Я не боюсь. Но также я уверена, что отец никогда не отпустит меня в одиночестве в подобное место. Скорее всего, он попросит своего водителя сопровождать меня.

Однако если выбирать между Джеком и Патриком, жалующимся на кишечные спазмы, то мне стоит согласиться на предложение Блаунта.

Я раскрываю рот, чтобы ответить, как нечто коричневое со стремительной скоростью попадает в соседний шкафчик. Я вздрагиваю от резкого грохота и вижу образовавшуюся вмятину в металлической дверце. Аккуратно в том месте между мной и Джеком.

– Вот черт! – восклицает Джек и испуганно отшатывается назад.

Пространство школьного холла начинает заполняться смешками. Я опускаю взгляд, заметив лежачий на полу рыжий мяч с белыми швами.

Кто его запустил?

Повернувшись, я вижу на противоположной стороне холла компанию парней. Все они из школьной футбольной команды. И среди них Кэш.

Прислонившись спиной к шкафчикам, он смотрит прямо на меня, засунув руки в передние карманы брюк. На этот раз Кэш без своих солнцезащитных очков. Наши глаза встречаются, и от его пронизывающего взгляда по моей коже бегут мурашки. Меня охватывает замешательство, смешанное с желание смотреть на него дальше.

– Кто из вас кинул мяч? – достаточно громко спрашиваю я.

От моего вопроса поднимается новая волна смеха, будто я произнесла вслух нечто тупое. Парни из футбольной команды переглядываются между собой, и Стив выдает:

– И что ты нам сделаешь, если узнаешь, блондиночка?

Блондиночка.

Я морщусь от того, как он назвал меня.

– У нее есть имя, – резко говорит Кэш, продолжая смотреть на меня.