Интроверт

 – Я насчет нее и хотел спросить. Ты ведь знаешь Берту Блэквуд?

Оливия уверенно кивнула.

Берту Блэквуд старался избегать каждый здравомыслящий студент. Непредсказуемая, взрывная, она могла натворить что угодно и с кем угодно, ведь ее место в учебном заведении все равно сохранится. Отец Берты – Даниэль Блэквуд регулярно перечислял на счет университета значительные суммы.

– Когда ты видела Берту в последний раз? – Верт стянул очки и внимательно посмотрел на Оливию.

Его глаза полностью сфокусировались на ней, и ей захотелось провалиться сквозь землю.

– На прошлой неделе, – Оливия засуетилась и вскочила с лавочки, словно в нее собиралась ударить молния. – Я опаздываю на семинар…

Верт схватил ее за руку, и Оливии показалось, что в этот момент в небе разразился гром.

От сильных пальцев по ее телу будто прошелся разряд. Оливия решительно помотала головой, отгоняя от себя непривычные чувства.

– Ты бы не могла сообщить мне, когда Берта в следующий раз появится на учёбе?

– Мы с ней не общаемся. Почему ты спрашиваешь меня? – Оливия покосилась на входную дверь в здание университета. Ей хотелось поскорее спрятаться от проницательных глаз.

– Мне показалось, что ты не пропускаешь ни одного занятия, – словно раздумывая над чем-то, произнес Верт, – поэтому я подошел к тебе.

Оливия попыталась освободить руку. Но мужские пальцы продолжали сжимать запястье. Оливия замерла на месте. Верт наклонил голову, и его дыхание коснулось кожи на ее лице.

Верт стоял слишком близко. Опасно близко.

– Я не могу найти сестру, – твердо произнес он. – Все ее друзья молчат.

– А при чем здесь я? Обратись в полицию, – Оливия выдохнула, когда Верт мягко освободил ее руку.

Он выпрямился в полный рост и опять стал выше ее на голову.

– Я не могу обратиться в полицию, – он продолжал неотрывно смотреть на Оливию.

– Хорошо, – пробормотала она, испытывая напряжение, возникшее при таком маленьком расстоянии между ними. – Скажи свой номер. Если Берта появится – я напишу. У нас с ней несколько часов графического дизайна, – она старалась, чтобы ее голос звучал безразлично, но в груди трепыхалось сердце, словно пойманная рыба в сети.

Из воспоминаний Оливию выдернул настойчивый стук.