Зажигая звезды

Что он тут вообще делает? Почему сидит на моей кровати? Я осматриваю комнату, чтобы убедиться, что в ней точно порядок.

– Ты себя спрашиваешь или меня? – Леви вопросительно приподнимает брови. – Почему у меня такое ощущение, что у тебя в голове ведется какой-то диалог, которого я не слышу. – Его грудь сотрясается от смеха.

– Отстань, я болею.

– Я заметил, – вздыхает он.

Мы смотрим друг на друга, не зная, что сказать дальше. Но я чувствую себя комфортно, как будто мой день каждый раз заканчивается тем, что какой-то сумасшедший залезает ко мне в комнату через окно.

– Почему ты не отвечала на мои сообщения? – Леви прерывает молчание, пристально смотря на меня.

– Папа… – устало выдыхаю я. – Он забрал мой телефон, чтобы, цитирую: «Проводить время с пользой, готовясь к экзаменам, а не лежать в кровати, сидя в телефоне». – Я пытаюсь хрипло пародировать папин нравоучительный тон и делаю такой же угрожающий взгляд, как у него.

– Знаешь, у тебя неплохо получается. Мне даже стало страшно. – Он усмехается, хватается рукой за сердце и откидывается спиной на кровать, ложась ко мне на колени.

– Откуда у тебя мой номер? – задаю вопрос, который мучал меня с того момента, как он сказал, что писал мне сообщения. Мы не обменивались номерами, потому что в этом не было нужды. У нас, наверное, есть какой-то внутренний компас, настроенный друг на друга.

– Я просто подумал о тебе, и цифры сами пришли в мою голову, – мечтательно говорит он, поворачивая ко мне голову.

– Ты ужасный романтик.

– Черт, у вас это семейное? Разговаривать таким голосом, после которого хочется выложить все карты на стол. – Он проводит рукой по волосам, широко раскрыв глаза.

– Да, так что бойся меня, –  ухмыляюсь я. – Не уходи от ответа, Леви.

– Это неважно, хорошо? – Он вздыхает. – Обещаю, что я не взломал никакую базу с твоими сокровенными секретами, где рассказывается с кем был твоей первым поцелуй, указывается календарь менструации и цвет твоего нижнего белья.

Он шевелит бровями, хитро смотря на меня.

– Леви! – Уверена, мои щеки такие красные и горячие, что о них можно обжечься. – Боже, у тебя такой грязный рот. – Я опять сгибаю колени, только на этот раз сильнее, и упираюсь ему прямо в позвоночник.

– Ой.