Верноподданный разбойник Антут

 – О, Шозалинкас прата-Завинацо, – сочинил дальше, чуть изменив концовку имени собаки-баркийца.

После следовали слова, выдумываемые на ходу. Я складывал их из случайных слогов, не забывая гакать и ракать в точности как моя последняя жертва. Мне даже понравилось, я принялся жестикулировать, один раз сложил руки на сердце.

Барон впал в ступор и только переводил взгляд с меня на баронессу. Та жмурилась, прижав к губам салфетку, время от времени плечи её лихорадочно вздрагивали.

Я старался не думать об этом, вёл свою речь громко и серьёзно и закончил, с чувством подняв руку.

– О, просто превосходно! – барон похлопал, похлопали и все присутствующие: трое слуг и два пажа. Не хлопала только баронесса, она промакивала уголки глаз краем салфетки.

– Всё в порядке, дорогая моя? – обратился к ней барон.

– Ах, простите, Ваша Милость. Я никак не ожидала, что комедия окажется настолько смешной.

– Да? – его нижняя губа подалась вперёд, он слегка покачал головой, потом глянул на меня.

Ничего не оставалось, как с улыбкой кивнуть.

– О да, это было весьма остроумно… – взгляд его всё ещё метался. – Гартен, – вдруг обратился он к одному из пажей. – Вот ты уже полгода учишь баркийский, а поведай-ка нам, о чём была комедия.

Низенький паж вскочил, глотая ртом воздух, потом залился краской. Я смотрел на него, мысленно умоляя быть мужиком и размазать барона, как это сделал я. Паж не подвёл, голос его зазвучал ровно:

– Там было много старинных слов, но, как я понял, это о том, как хитрый торговец обсчитал одного господина.

Я сел, схватил кубок, чуть приподняв его за здоровье паренька, и припал к краю.

– Нет, нет, – вдруг вздохнула баронесса, – не совсем так, Гартен. Это комедия об одном проходимце, который одурманил приличного человека, присвоил бумаги и вещи и стал выдавать себя за него.

Я так резко вдохнул, что даже забыл оторваться от кубка, вино залилось мне в горло и принялось душить. Я дёрнулся и встретил лбом тарелку.

– А забавно! Мне нравится, – меж тем звучал голос барона. – Гартен, запиши эту комедию. Хочу, чтобы она у меня была.

– Обязательно запишет, – усмехнулась баронесса.

Слуга уже был возле меня и хлопал по спине. С трудом вдохнув, я встал и попятился к двери…

– Куда это ты собрался? – нахмурился барон.

Я не знал чего ожидать, шутка, правда и ложь кружили по залу в диком танце. И каждая обещала то озолотить, то казнить. Я не трус, я замер и стал ждать.