Монстр

Кевин отошел в сторону, убедившись, что Томми вновь не отключится, и позволил нам оказать ему должное внимание. Моника и Дилан пытались отдышаться, сидя возле друга, а я могла сделать это и наедине с собой. Прямо как Кевин.

Называемый монстром даже не заметил, как я подошла сбоку, чтобы увидеть его выражение лица, – уж очень мне захотелось это сделать. Кевин смотрел вдаль невидящим взглядом и все пытался прикурить сигарету, но она никак не прикуривалась под стеной дождя. Кевин держал никотиновую дрянь трясущимися руками и до крови закусывал нижнюю губу.

Может, я этого и не видела, но знала наверняка – Кевин Харрис плакал.

Вернуться в лагерь мы не смогли по двум причинам: непрекращающийся ливень превратил лес в непроходимые джунгли, и Томми чувствовал себя хреново.

Дойдя до домика и буквально ввалившись внутрь, мы аккуратно уложили неудавшегося утопленника на диван. Томми била такая дрожь, что страшно было смотреть. Кевин сказал, это нормально – стресс. А я думала, ему жизненно необходимо в больницу.

После такого-то!

– Он просто нахлебался воды, которую уже вытошнил. С ним все в порядке.

– Кевин, он чуть не умер! – возразила я, вперив недовольный взгляд в парня.

От звука своего имени Кевин будто вздрогнул. Хотя, если учесть, что он был мокрым до нитки и только-только спас человека, дрожь – это меньшее, что могло с ним случиться.

– И как мы доставим его в больницу, умница? – рыкнул Дилан. – Там шторм!

– Я знаю! Но…

– Р-ребят, все п-путем! Сейчас бы в-выпить.

Я уставилась на Томми.

Его колошматило, как наркомана в ломке. Крепкий и высокий парень выглядел словно замученный котенок. Ему сейчас был нужен горячий чай и теплый плед, а не дом-призрак и сырая одежда. Если честно, нам всем не помешали бы сухие вещи.

– Руки подними, – буркнула я, подходя к Томми.

Получилось как-то быстро стянуть с него джинсовку, потом футболку. Конечно, он смотрел на меня словно на невидаль какую-то, но плевала я. Когда принялась за штаны, Дилан поймал меня за запястье.

– Что ты творишь?!

– Необходимо снять все это, иначе простынем… Мы справимся и сами, а вот Томми – нет.

Дилан с минуту прожигал меня взглядом. Я могла понять его злость, но в данной ситуации следовало думать не о себе. По телевизору однажды рассказывали, что лучше остаться голышом, чем в мокрой одежде… Нарисовался шанс проверить это на деле.

– Что такое, милый? – грубо спросила я. – Ты ведь хотел меня раздеть. Считай, что свершилось!

– Она права, – отозвался Кевин.