Гордый

Цветы настолько огромные и тяжёлые, что мне пришлось облокотить их о стену.

Но сердце дрогнуло, только когда я нашла и раскрыла краткую записку. Чёрная, кстати, бархатная. Именно так я представляю его прикосновения… Порочные, очень откровенные и раскованные, но такие приятные, бархатные…

«Моей самой несговорчивой мечте».

Написано от руки. Надо же, как заморочился…

Разговариваю с ним по телефону, а сама нежно провожу по шелковым лепесточкам подушечкой большого пальца.

– Я думаю, это не самая лучшая идея.

Это лишнее.

– А я думаю, что этого катастрофически мало. Сегодня вечер проведём по твоему сценарию. Выбирай, чем бы хотела заняться. Только перед этим заедем на одно закрытое сборище, мне кровь из носа нужно туда попасть. Пришлю за тобой машину в шесть.

– Гордей, я не поеду.

– А в чем проблема?

– Потому что эти встречи носят личный характер. А я не допускаю этого.

– Боишься в меня втрескаться по уши? – усмехается. А мне не смешно.

– Не говори глупостей.

Мне сегодня приснился сон, в котором мужчина приспускал лямки платья и горячо ласкал грудь.

Я проснулась в диком напряжении, словно физически ощущая тепло на коже. Захотелось самой провести рукой по декольте и представить, что это он медленно наклоняется и припадает к груди, страстно лижет соски. Мне стыдно за эти мысли. Очень. А ещё за трепетное напряжение и тепло внизу живота посреди ночи и в полном одиночестве…

– Если ты продолжишь быть такой несговорчивой, мне придётся приехать к тебе и уговорить лично.

А тебе меня домой лучше не впускать, я предупреждаю, – посмеивается. А я прикрываю глаза, ощущая себя в ловушке собственных эмоций. Я очень хочу поехать. Очень. Хочу с ним увидеться.

– Горде-еей, – тяну в голосе слабое осуждение.

– Я частенько представляю, что ты меня зовёшь вот так.

– Прекрати немедленно! – мы уже вдвоём усмехаемся, каждый из нас четко осознаёт, что отказаться от встречи нет никаких шансов.

– Форма одежды парадно-выходная, сегодня обещаю быть паинькой, так уж и быть.

– Куда хоть поедем? – уточняю в последний момент перед тем, как разъединить вызов.

– Небольшой закрытый аукцион. Для любителей старины. Ничего серьёзного, но мне нужно заехать.

Спустя несколько часов, как мы и договорились, прибыл его водитель. И отвёз прямо к месту икс. Мужчина встретил меня на улице обезоруживающей улыбкой. Он в смокинге. Бабочка, белоснежная рубашка. Даже пришлось усомниться в уровне этого мероприятия.