Дублер

Рената подошла и ахнула – норка, лиса, соболь…

– Я попросил доставить ко мне лучшие образцы нашей продукции, – похвалился Гия.

Сон.

– Вы хотите, чтобы я стала лицом вашей марки? – обернулась к нему Рената.

– В какой-то степени, – поддакнул грузин. – Выберите то, что вам самой больше нравится. Не стесняйтесь!

Рената потянулась, провела рукой по пушистой нежной голубой норке. Грузин услужливо помог ей снять пальто и надеть шубу.

– Вы просто рождены носить меха.

Рената и сама это знала.

– Вам нравится эта? Вот в ней и уйдете.

Ренате нравилась ее шуба. Но здравый смысл подсказывал, что дело нечисто.

– А мы будем подписывать какой-то контракт?

– Рената, все свои люди. Зачем нам бумаги? – удивился толстяк.

– Давайте ближе к делу. Речь о сексе? Имейте в виду, я таких услуг не оказываю ни за какие подарки. Я не проститутка, – отрезала Рената. Хотя было дело, было. Но это еще до того, как она втерлась в подруги Лизе Доценко, и ее папа дал ей главную роль.

– Боже упаси, – испугался Гия, и так натурально, что Рената даже смутилась.

Он сказал не «сэкс», а именно «секс», и действительно, трудно себе было представить его в постели.

– Так что вы хотите?

Гия взял ее за плечи, развернул к зеркалу, чтобы она смогла оценить себя и сказал на ухо что-то, от чего у Ренаты вытянулось лицо.

– Да вы чокнутый, – сказала она.

– Абсолютно! Безумно! – радостно подтвердил грузин.

– А если я расскажу Сергею Владимировичу? Если у нас с ним серьезные отношения?

Грузин рассмеялся так, что даже пошлепал себя по ляжкам.

– Извини, деточка. Да я сам ему расскажу. Если хочешь, конечно – вставит в какое-нибудь кино.

У Ренаты даже ноздри затрепетали от гнева. Но шуба была роскошна. Да какого черта, в самом деле.

Пока хозяин дома разбирался с баром, Таня и Саша не знали, как держаться и что им делать, чтобы не показаться ни наглыми, ни забитыми. Машка вела себя свободней, крутила головой, с интересом глядя на всякие интересности.

– Нравятся? – спросил Доценко, заметив восторг девочки.

– Очень! А кто их кормит?

– Специальная штука, встроенная, я тебе потом покажу.

– Ничего себе! А это что?

На стене висели тарелки со всех проектов, которые снял Доценко.

– Доска почета. Тут все мои фильмы. Есть такая традиция – в первый день съемок бить тарелку.