Дублер

Григорьева вздохнула, отпила кофе. Не оригинальная в общем-то мысль Семагиной, как изречения мудрых из интернета, подействовало на нее убеждающе.

Семагина убедилась в том, что Григорьева больше не угрожает съемочному процессу и с чувством выполненного долга подвела итог.

– В общем, отпусти. Поезжай куда-нибудь, развейся, в салон сходи, маникюр хоть сделай, бассейн, новый любовник.

Семагина желала сценаристке добра. Они были знакомы еще во времена, когда Семагина была простым редактором. Григорьева устало и грустно посмотрела на продюсера.

– Какой маникюр, какой любовник, Свет.

Ее творческая душа еще не отстрадала.

– Чувствую себя как лимон выжатый. Ненавижу писать. Руки опускаются.

Семагина снисходительно засмеялась.

– Это мы уже проходили. Месяца не продержишься! Это же твое! Ты у нас такая талантливая, такая умница.

Похвала – она и кошке приятна. Григорьева смягчилась. Но еще немного для вида покочевряжилась.

– Про что писать? Все написано.

– А далеко ходить не надо. Идем! – потянула Семагина.

Проскользнув на съемочную площадку, Семагина лукаво подмигнула Григорьевой.

К этому моменту реквизитор застелила постель, двое рабочих волоком вытащили кресла и примостили рядом. Затем вкатили прикроватный столик, который реквизиторша тут же принялась сервировать, как гостеприимная хозяйка: чайный сервиз, пироженки, сырку подрезать. В круг света вышла уже знакомая главная актриса Рената, переодетая в обтягивающий плюшевый домашний костюм, и приветственно развела руки, встречая свою экранную подругу.

Рената приготовилась рассказать свои новости, а ее подруга – подавать нужные реплики. В драматургии называется «конфидент». Это слово мало подходило второстепенной героине простоватой внешности, но с живым лицом и черными, как у режиссера, глазами. «Конфидент» явно уступала в красоте Ренате, но в ее лице была подкупающая милота.

Гримерша Валя закапала Ренате в глаза, у той потекли слезы.

– Он так и сказал? – спросила подруга.

– Да! Он мне больше не верит! – схватилась за салфетку Рената.

Подруга ужаснулась, как будто эта драма была ее личной, как и полагается подруге главной героини.

– Он что, узнал про…

Рената заткнула подруге рот ладонью.

– Тихо!

Подруга героини встревожилась не на шутку.