Дублер

Это наше с ним любимое занятие.

– Спасибо! – оторвалась журналистка, заметив, что Рената вышла из кадра и направилась к ним.

Семагина ждала в сторонке, подошла, чтобы тоже налить себе кофе из термоса.

– Спасибо, Лиза, что уделили журналистам время. Заказчик просит пару-тройку репортажей дать в СМИ, – объяснила Семагина.

– Да ничего, моя смена окончена, – ответила привыкшая к вниманию Лиза.

Заглянул фотограф, прибывший с журналисткой.

– Лиза, вы не против, если мы сделаем ваше совместное фото с Ренатой Черницкой?

– Конечно, – ответила Лиза.

Девушки встали рядом и улыбнулись в камеру.

– Подружки – на экране и в жизни! Чиз, – прощебетала Рената, повернувшись выгодным левым профилем.

– Девочки, – подошел Доценко. Обнял обеих за плечи, выдали «чиз» в фотокамеру.

Как будто ничего не было. У Ренаты, чувствующей на своем плече руку режиссера, появилась надежда, что все еще может быть. Он ведь и правда уже не мальчик. Много не надо. И отношений боится. У женщины всегда найдутся веские аргументы для объяснения невнимательности мужчины после одной бурной ночи.

– А Солнцева сегодня нет? – разочарованно спросила журналистка Семагину, когда они отошли в сторонку, чтоб не мешать фотографу. – Мы вообще-то надеялись его заснять.

– Он не участвует в сегодняшних сценах, – ответила продюсер.

– Ну да, – хмыкнула журналистка, – самое интересное тут не Солнцев, в интернете уже гуляет.

– Что гуляет? – не поняла Семагина.

Журналистка кривенько заулыбалась:

– Любительская съемка из одного известного ресторана.

Семагина посмотрела строго.

– Вы что – какое-то желтое издание, которое распространяет сплетни на основании любительских снимков из-под полы?

Журналистка не нашлась, что ответить.

– Нам этих дешевых скандалов не надо. Делайте ваш репортаж. И пришлите потом, мы завизируем, – велела Семагина.

– Конечно, – смешалась журналистка.

Она работала не в желтом издании и полезными контактами дорожила.

Семагина вспомнила про Григорьеву, потянулась за телефоном.

– Привет. Ты там живая?

Григорьева была живая. А вот компьютер, у которого она сидела с телефоном в руке, смотрел мертвым черным экраном.

– Много успела написать? – испугалась Семагина.

– Страниц пять, – вздохнула сценаристка.

– Считай, полсинопсиса. Надо было сразу мне слать, – сказала Семагина.

– Да я сама еще ни в чем не уверена, – ответила Григорьева.