Заходит солнце на Востоке

Чтобы избежать внутренних конфликтов и удержать внутреннюю государственную стабильность, каждая из влиятельных стран Бонумы взяла под свой контроль находившихся рядом малых соседей и начала политику колонизации восточных земель за океаном. Монархические дома этих стран (новых империй) в первую очередь установили ясные и взаимовыгодные отношения с крупными держателями капитала (по ходу повествования станет понятно, какие), а затем, создав Лигу Запада, постановили, что на территории Бонумы не могут происходить никакие военные конфликты, а территориальные границы каждой страны впредь и навеки незыблемы.

С тех пор почти как двести лет мир пребывал в консервативном покое: люди продолжали пользоваться технологиями на основе установки Дезира-Франца, Бонума оставалась в мире, земли Востока продолжали осваиваться и развиваться.

Виктор владел совсем новым вишневым «Кордом», произведенным фирмой «Пантера». «Корд» представлял из себя трехобъемный, четырехдверный седан несколько квадратной формы, с закругленными краями, на четырех больших колесах.

С двумя керосиновыми фонарями на носу. В передней части кузова находился роторный двигатель и занимал практически полтора метра от общей длины машины. Зато такой двигатель выдавал сто киловатт мощности и разгонял «Корд» до ста сорока километров в час. Достался этот «агрегат» Дезиру за тридцать две тысячи.

Салон машины был полностью выполнен из красного дерева, алюминия и кожи. На приборной панели в ряд красовались различные индикаторы часового типа, показывающие скорость, давление, температуру, состояние компрессора и прочее.

Свою машину Виктор водил и обслуживал сам, что у пожилых людей его круга вызывало недоумение, а молодежь, наоборот, прельщало.

«Корд» запускался при помощи кривого ключа, но не снаружи, как экономичные машины, а из салона; паз находился посередине между водительским и пассажирским сиденьем. Дезир раскрутил ключ, двигатель издал тихий шипящий звук, Виктор включил первую передачу, и карета тронулась.

За восемь минут до ранее оговоренного времени Виктор Дезир прибыл к дому своей невесты.

Но ждать не пришлось и двух минут, как тут же вся семья Галье – мать, отец и дочь – стояла у машины.

Невесту Виктора звали Мария Галье – миловидная, нежная барышня двадцати двух лет от роду, на лицо была проста, но хороша (красоты была не аристократической, а скорее крестьянской); невысокая, с пшеничного цвета волосами; состояла певицей (преимущественно второго плана) при театре на Барбарис-Сали.